В китайском эфире воцарилось уныние.
[Сестра Ши, подумай хорошенько! «Правда или действие» – это же сущая ловушка!]
[Если даже распаковка подарков так опасна, мне страшно представить, что будет в игре!]
[Судя по моему геймерскому опыту, а что, если «действием» будет поцеловать первого встречного мужчину? Для айдола это же табу!]
[В «правде» ведь нельзя лгать. А если спросят про личную жизнь? Сестре Гань с её прошлым проверку точно не пройти!]
Выбрать «Правду или действие».
Это было взвешенное решение Ши Ли.
Хотя она никогда не играла в те две старые черные игровые кассеты, ей довелось видеть описание двести тридцать четвертой части этой серии в рекламной колонке «Еженедельника развлечений».
Одна из кассет называлась «Ночной продавец».
【Вам предстоит стать ночным продавцом в круглосуточном магазине. Вы встретите самых разных покупателей, а со склада время от времени будут доноситься странные звуки. Игроков ждет эффект полного погружения и незабываемый хоррор-опыт.】
Название второй кассеты было еще прямолинейнее – «Одержимость».
【Вы возвращаетесь в родной город после похорон отца, но на обратном пути глубокой ночью ваша машина глохнет в глухом безлюдном тоннеле… Объемный 3D-звук подарит вам ни с чем не сравнимое ощущение реальности.】
Обе игры были в жанре ужасов.
«Полное погружение».
«Объемный 3D-звук».
«Ни с чем не сравнимое ощущение реальности».
Куда уж реальнее?
В зале ожидания не было никакого игрового оборудования.
Значит, их затянет прямо внутрь игры!
Кто знает, считается ли это выходом из прямого эфира? Если они не пройдут игру, не останутся ли они там навечно?
Затем Ши Ли взглянула на груду косметики.
Некоторые средства выглядели дешево и сердито: ядовитые цвета, плотные консилеры – идеальный вариант для людей с мертвенно-бледной кожей, чтобы выровнять тон. От них исходил специфический парфюмерный аромат.
Были и люксовые помады с пудреницами, но их корпуса были в трещинах и со сколами, словно по ним проехал каток. Трудно представить, через что прошли прежние владельцы этих личных вещей.
Ни один из этих предметов не внушал доверия.
Не говоря уже о том, чтобы наносить это на лицо.
Ши Ли в любом случае не собиралась ими пользоваться.
Зрители же, услышав о начале игры, ликовали. Прямой эфир словно вспыхнул, наполнившись неистовой атмосферой.
Фанаты от природы обладают жаждой подглядывания: им хочется знать об айдоле всё, от привычек до расписания. Когда это чувство становится экстремальным, фанат превращается в сасэна – ему мало просто смотреть на экран, он жаждет проникнуть в повседневную жизнь своего кумира.
«Правда или действие» идеально отвечала этим потребностям.
«Правда» позволяла легально выведать тайны айдола, а наказание за «действие» могло в принудительном порядке заставить звезду совершить то, на что она никогда бы не решилась в обычной жизни.
Ши Ли, прищурив глаза, слегка подняла голову и посмотрела в объектив камеры, расположенный чуть выше:
— Играть только вчетвером – скучно. Раз уж у нас такой знаменательный первый эфир… пусть в каждом раунде к нам присоединяется один счастливчик из чата!
С этими фанатами нужно не только сохранять бдительность, но и действовать на опережение.
Они, девушки, должны управлять этим стримом.
Нельзя позволять комментариям диктовать ритм.
Компания не предоставила модератора для этого эфира, и именно в этом крылся шанс избранников небес. Люди и аномалии враждебны по своей сути. Если позволить аномалиям вести шоу, они намеренно потянут избранников небес на верную смерть.
Такой необычный способ интерактива привел фанатов в еще больший восторг.
Они еще никогда не играли вместе со своими кумирами.
Количество зрителей онлайн вернулось к отметке в двадцать пять тысяч и продолжало расти.
В китайском чате поднялся шум.
[Ого, а так можно было?]
[Как я не догадался! Если играют только избранники небес, то наказание в любом случае падет на одну из них. А если добавить «призрачных фанатов», шансы пострадать для наших девочек резко снижаются!]
[У сестры Ши голова варит!]
[Этот светлый ум только что назвал меня мамой… Проклятые похитители детей, это точно мой разум, потерянный двадцать пять лет назад!]
Игра началась.
Ши Ли нашла в зале ожидания ручку и положила её на стол вместе с карточками наказаний для «Правды или действия», после чего огласила правила:
— Мы будем вращать ручку. Когда она остановится, тот, на кого укажет колпачок, должен будет выбрать правду или действие.
Если ручка укажет в сторону телевизора, наказание понесет выбранный для этого раунда фанат.
Ши Ли перевела взгляд на экран телевизора:
— Все всё поняли? Тогда выберем нашего первого везунчика~
Девушки рассыпались в комплиментах, называя зрителей «дорогими» и «лапочками».
Сладкие речи окончательно вскружили фанатам головы.
[Я! Я! Я!]
[Сюда смотри! Сюда!]
[Ваша лапочка здесь!]
[Это~ я~!]
[(Вращается) (Прыгает) (Держит розу в зубах)]
Из бесконечного потока комментариев Ши Ли выбрала одного фаната с ником «Глазное яблоко» – того самого, что хвастался любовью ко многим мужским группам.
Вращать ручку доверили Харуне.
Харуна закатала рукава и продемонстрировала руки перед камерой с обеих сторон: всё чисто, никаких уловок.
[Никаких фокусов~]
[Чувственный дилер, онлайн-шулерство.]
[Сплошная искренность и никакого мошенничества~]
[М-да, обычно все кричат «наука победит суеверия!», а как до дела дошло – «пусть лучше макнэ крутит».]
[Всем известно, что на краю вселенной царит метафизика.]
Гань Чжоуи и Пэй Вансин уселись по бокам журнального столика. Подходящих стульев не было, поэтому они устроились на полу, скрестив ноги в удобных позах.
Харуна перехватила ручку посередине и коротким, резким движением большого, указательного и среднего пальцев заставила её быстро вращаться.
Взгляды четверых девушек, китайских зрителей и фанатов приникли к ручке, которая, в конце концов, плавно замерла.
Она указывала точно на телевизор.
Ши Ли взяла пачку карточек и привычным движением разделила их на две стопки: красные и синие. Красные карты означали действие, синие – правду. Она аккуратно разложила их веером на столике.
Ши Ли с улыбкой произнесла:
— Поздравляю! Наш зритель стал первым счастливчиком. Что ты выберешь: правду или действие?
Едва она договорила, как по комнате пронесся ледяной сквозняк.
Одна из синих карточек сама собой перевернулась.
【В: Ты помнишь, как именно наступила твоя смерть?】
Лица девушек остались бесстрастными, но сердца пропустили удар.
Расспрашивать аномалию об обстоятельствах смерти – это всё равно что танцевать на минном поле.
— Крак… кр-р-рак…
Под этот тонкий, едва слышный треск реальность вокруг них начала рассыпаться. Гул голосов хлынул со всех сторон, декорации сменились, превращаясь в некое незнакомое место… ночной клуб?
Тусклый, мерцающий свет, оглушительная музыка.
Танцующая толпа, звон бокалов.
У барной стойки сидели мужчина и женщина, с виду близкие друг другу. Лица женщины не было видно, но фигура была точеной; мужчина выглядел обеспеченным.
После недолгого разговора женщина встала и направилась в дамскую комнату.
Как только она ушла, мужчина огляделся, вытащил что-то из кармана и бросил в её бокал.
Вернувшись, женщина ничего не заподозрила.
Но очень скоро она буквально рухнула от опьянения.
Мужчина пару раз легонько подтолкнул её и, убедившись, что она в беспамятстве, встал и, поддерживая под руки, увел прочь.
Видение прошлого растаяло.
Загробный голос зазвучал отовсюду, заполняя зал ожидания:
— Мы с тем, кто мне нравился, пошли после работы в бар. Я вышла в туалет, а когда вернулась, у него было странное лицо.
Я не придала этому значения, подумала, что у него проблемы на работе. Я взяла свой бокал и допила его… Но я ведь выпила всего одну порцию! Я не понимаю… я же выпила всего один бокал…
Приглушенные всхлипы женщины с каждым повторением вопроса становились всё более резкими и режущими слух, а окружающее пространство начало искажаться.
— Плохо! — Одновременно пронеслось в головах девушек.
Правило номер семь:
【Во время интерактива не упоминайте о том, что может расстроить фанатов.】
Комментарии