Долговязый лазутчик, стиснув зубы, нажимал на рукоять кинжала, пытаясь завершить удар. Янь Шисюй крепко держал его за запястье правой руки, уводя лезвие в сторону.
Руки обоих мужчин мелко дрожали от предельного напряжения.
— Ах, так это ты, — Янь Шисюй даже бровью не повел, его голос звучал пугающе спокойно. — То-то мне твое лицо сразу показалось знакомым.
В действительности он ничуть не удивился.
Янь Шисюй давно подозревал, что таинственную записку для Хэ Сыци оставил тот самый ночной гость, с которым он столкнулся во дворе.
Не могло быть такого совпадения, чтобы в одну ночь к Терему Сокровищ стянулись сразу три разные группы.
В ту первую ночь, когда Хэ Сыци только пытался пробраться внутрь, за ним следила не только Снежная Дева, но и этот длиннорукий лазутчик.
И когда Хэ Сыци снова приблизился к Терему Сокровищ, тот решил лично удостовериться в его намерениях.
Тогда-то они и столкнулись на узкой дорожке.
Еще во время перепалки у входа Янь Шисюй подметил, что фигура долговязого в точности совпадает со сложением того ночного гостя.
— Ты… да как ты… — пролепетал лазутчик, окончательно растерявшись.
Заметив на лестнице скрытые в рукавах самострелы, он мгновенно опознал в «почтенном мастере» того самого жалкого воришку, которого еще недавно гонял по дворам.
Рост и повадки тоже сошлись.
Но раскрывать карты раньше времени он не стал. Долговязый затаился и терпеливо ждал, пока они пройдут опасную лестницу, чтобы нанести смертельный удар уже на втором этаже.
Его план был прост: убрать слабого лидера, а раненого Хэ Сыци заставить идти впереди в качестве живого щита для проверки ловушек.
Но он никак не ожидал, что этот никчемный юнец с такой легкостью заблокирует выпад полноценного практика Человеческого Ранга.
Неужели в ту ночь он притворялся слабым?
Но зачем?
Пока в голове лазутчика роились эти мысли, он резко замахнулся левой рукой. Мышцы его плеча вздулись, и кулак, точно стенобитное орудие, с гулом полетел прямо в лицо Янь Шисюю.
Удар нес в себе сокрушительную силу.
Обычный человек даже не заметил бы движения руки мастера Человеческого Ранга.
Но для нынешнего Янь Шисюя, прошедшего через крещение духовной силой, этот выпад показался медленным и неуклюжим.
Янь Шисюй плавно качнулся назад, увлекая за собой захваченную руку противника и резко дергая ее в сторону.
Потеряв равновесие, долговязый подался вперед. И кулак, и кинжал пролетели мимо цели.
Янь Шисюй мгновенно сделал выпад левой ногой и с силой всадил правое колено противнику в живот.
В яростной схватке равных по силе бойцов на такой короткой дистанции защититься от всех ударов было невозможно.
Долговязый, стиснув зубы, даже не попытался закрыться. Вместо этого он наотмашь ударил локтем в грудь Янь Шисюю, решив обменяться ударами.
Раздался глухой стук.
Оба противника отлетели друг от друга на несколько шагов. Еще в полете Янь Шисюй вскинул правую руку, и из рукава с сухим щелчком вылетела стальная игла, вонзившаяся долговязому в левую часть груди.
Тот глухо охнул, зажимая рану рукой, и яростно взревел:
— Помоги мне!
Приземистый лазутчик наконец опомнился. С утробным рыком он ринулся вперед, точно разъяренный бык. Деревянный пол под его тяжелыми шагами жалобно застонал.
Но Хэ Сыци, карауливший его сзади, мертвой хваткой вцепился ему в плечо.
Приземистый резко развернулся для удара. Его правый кулак, точно копье, полетел в противника, а подошвы обуви с противным визгом провернулись на досках пола.
Хэ Сыци выставил блок локтем.
От мощного столкновения оба отшатнулись на пару шагов.
Лицо приземистого под маской исказилось от изумления:
— Ты не ранен?!
Хэ Сыци с ухмылкой размял затекшие пальцы:
— Мои раны давно затянулись.
С этими словами он резко выбросил ногу вперед. Носок его сапога, точно острие клинка, устремился вверх, вынуждая противника спешно уходить с линии атаки.
Видя это, долговязый помрачнел. Он понял, что расклад сил резко изменился, и поспешно крикнул:
— Полно вам! Это была лишь шутка! Драка здесь погубит нас всех. Даже под прикрытием барьера шум рано или поздно привлечет внимание. Давайте разойдемся миром!
Янь Шисюй молча достал из-за пазухи тяжелый железный кастет и спокойно надел его на пальцы.
— Ты прекрасно понимаешь, что живым отсюда должен уйти только кто-то один из нас, — ровным тоном произнес он. — Именно поэтому ты попытался меня убить. И ты отлично знаешь, что теперь, когда тайна Хэ Сыци раскрыта, я ни за что не выпущу вас отсюда живыми.
Все то время, что они провели вместе в Тереме Сокровищ, Янь Шисюй сохранял видимость союза лишь для того, чтобы получше изучить врагов. Он притворялся могущественным мастером, заставляя их сомневаться, а сам оценивал их силу.
В глазах долговязого вспыхнула дикая ярость. Он резко метнулся вперед, описав кинжалом широкую сверкающую дугу в полумраке зала.
Янь Шисюй даже не подумал уклоняться. Его левая рука скользнула к поясу, пальцы нащупали медное кольцо на деревянном бруске и с силой потянули его вверх.
Кинжал, летевший точно в горло Янь Шисюю, словно наткнулся на невидимую стену и беззвучно развалился пополам.
Оставленная сестрой шкатулка «Модоу» резала сталь как масло.
Для его сестры натянутая внутри нить была лишь рабочим инструментом, но для Янь Шисюя она стала грозным оружием, способным в одно мгновение решить исход боя с равным соперником.
Это был его главный козырь.
Долговязый лазутчик ожидал уклонения или блока, он уже приготовился изменить направление удара, но никак не мог предвидеть, что его верный клинок просто лопнет.
В темном зале, едва освещенном лунным светом, он даже не понял, обо что именно ударилось лезвие.
Рука с обломком кинжала по инерции закончила движение, остановить ее вовремя было невозможно.
Янь Шисюй мгновенно воспользовался этой оплошностью. Его левая рука змеей обвилась вокруг предплечья противника и резко повернулась.
Часть руки долговязого ниже локтя беззвучно отделилась от тела и упала на пол.
Лишь мгновение спустя из раны хлынул густой поток крови.
Плотная мышечная ткань и крепкие кости практика, способные выдержать удар меча, поддались этой невидимой нити, словно мягкий соевый творог.
Зрачки долговязого расширились от ужаса. Первым чувством была не боль, а леденящий душу страх.
Он бросился назад, пытаясь в прыжке ударить Янь Шисюя ногой.
Янь Шисюй мгновенно присел, уходя в глубокую стойку, и со всей силы нанес встречный удар правым кулаком, окованным кастетом.
Тяжелый железный кастет с громким треском разлетелся на куски.
Пальцы Янь Шисюя превратились в кровавое месиво, но и стопа долговязого лазутчика отозвалась сухим хрустом ломающихся костей.
И все же, используя силу отдачи, раненый сумел долететь до края лестницы.
Бежать!
В тесном и темном зале противник, вооруженный столь жутким скрытым оружием, был слишком опасен. Дальнейший бой означал верную смерть.
Янь Шисюй бросился в погоню. На бегу он выхватил из-за пояса короткий нож и с силой метнул его вслед беглецу.
Клинок, вращаясь в воздухе серебряным диском, с влажным стуком вонзился лазутчику точно между лопаток. Брызнула горячая кровь.
Но даже с такой раной тот продолжал двигаться. Потеряв равновесие, он кубарем покатился по ступеням вниз, задевая по пути скрытые механизмы. Ловушки тут же отозвались частым стуком, и в узкое пространство лестничного пролета посыпался град стрел.
Когда тело долговязого наконец замерло у самого подножия лестницы, оно было сплошь утыкано бронзовыми наконечниками.
Лазутчик больше не дышал.
Янь Шисюй у лестницы быстро накинул тонкую нить на перила, сделав пару оборотов, а другой конец зажал в кулаке. Сделав это, он стремительно развернулся и бросился на помощь Хэ Сыци.
— С одним покончено! Я помогу тебе!
Хэ Сыци изо всех сил сдерживал приземистого соперника. Боясь потревожить спящие на потолке талисманы, оба дрались на крошечном пятачке свободной площади.
Приземистый лазутчик, полагаясь на свою невероятную закалку, охотно шел на размен ударами и постепенно теснил противника.
Уже едва державшийся на ногах Хэ Сыци облегченно выдохнул, услышав голос товарища.
А вот его соперник похолодел. Он бросил быстрый взгляд в сторону лестницы: напарника нигде не было видно, а в воздухе отчетливо пахло свежей кровью.
Неважно, погиб его товарищ или сбежал – теперь ему предстояло драться против двоих.
Приняв решение, он со всей силы врезал Хэ Сыци в грудь, и пока тот, шатаясь, отступал назад, резко развернулся и бросился на Янь Шисюя.
Он шел напролом, готовый принять любой удар, лишь бы прорваться к выходу.
Но Янь Шисюй, словно испугавшись прямого столкновения, неожиданно легко уклонился в сторону, уступая ему дорогу.
«Что? Он даже не попытался меня задержать?»
«Решил ударить в спину, пока я буду бежать?», – лазутчик мгновенно разгадал, как ему показалось, этот простой замысел.
Но разве обычные иглы могли пробить его закаленное тело?
Он лишь прибавил ходу.
Но едва ступени оказались совсем близко, мир перед глазами приземистого лазутчика резко перевернулся, а тело перестало подчиняться его воле.
Голова его с глухим стуком отделилась от плеч и покатилась по деревянному полу, замерев у самого спуска.
Глаза его еще несколько мгновений испуганно моргали, а губы беззвучно шевелились, но издать хоть какой-то звук он уже не мог. Вскоре свет в его глазах окончательно угас.
Обезглавленное тело сделало еще пару неверных шагов и тяжело рухнуло ничком. Из рассеченной шеи мощным фонтаном ударил густой поток крови, окрасив стены на три метра вокруг.
Хэ Сыци стоял раскрыв рот от изумления.
Ему показалось, что почтенный старейшина просто сделал легкое движение в сторону, и грозный боец с железным телом в то же мгновение лишился головы.
Убил, даже не коснувшись!
Янь Шисюй спокойно подошел к лестнице, отвязал тонкую нить от перил, и она с легким щелчком мгновенно втянулась обратно в шкатулку на его поясе.
— Посмотрим, кто они такие, — Хэ Сыци быстро подошел к покатившейся голове приземистого и грубо сорвал с нее маску.
Янь Шисюй раздул угасающее пламя огнива.
Слабый оранжевый свет озарил смуглое лицо с резкими, грубыми чертами.
— …Чэн Сыле? — Хэ Сыци наморщил лоб, пытаясь вспомнить имя. — Ну надо же.
Этот Чэн Сыле на вступительных экзаменах оказался в самом конце списка. Обычный незаметный парень, который никогда не привлекал к себе внимания.
Они спустились по лестнице, осторожно наступая на четные доски, и перевернули тело долговязого. Сорвав маску, они увидели довольно красивое, правильное лицо.
Янь Шисюй сразу узнал его.
Ци Шаоюй. Его отец служил военным регистратором в Восточной столице, а сам парень близко общался с Ли Яньчжэнем и принадлежал к кругу детей высокопоставленных чиновников среди первокурсников.
Должность его отца была не слишком высокой, всего седьмой ранг, но она давала реальную власть над поставками оружия и припасов.
— Почтенный, отец Ци Шаоюя – военный чиновник. Этот парень наверняка был лазутчиком Чашитина, тут и думать нечего, — уверенно заявил Хэ Сыци.
Янь Шисюй лишь неопределенно хмыкнул.
Если бы эти двое действительно служили в сыскном приказе Чашитин, дело приняло бы скверный оборот.
Но нет, они точно не имели отношения к канцелярии.
По крайней мере, к ведомству господина Ян.
Янь Шисюй заранее предупредил куратора Аянь о сегодняшней вылазке. Если бы другие люди Ян планировали дело на эту же ночь, она непременно дала бы знать.
Или приказала бы действовать сообща.
Опытные тайные агенты не допускают подобных глупых накладок.
А раз они не принадлежали к людям Ян, то оставалось всего два варианта: либо они служили другому главе ведомства в Чашитине, либо за ними стояли мятежные цзедуши.
Если верно последнее, то Янь Шисюй только что оказал огромную услугу престолу.
Раз сын военного регистратора оказался шпионом мятежников, то насколько чист сам его отец?
— Что делать с телами? — Спросил Хэ Сыци, растерянно глядя на убитых.
— Собери кровь, насколько сможешь, а трупы я возьму на себя, — распорядился Янь Шисюй.
Хэ Сыци облегченно вздохнул. Он в очередной раз поразился тому, насколько его спутник превосходит его самого. Пока он сам думал лишь на шаг вперед, этот загадочный человек просчитывал ситуацию на десять шагов вперед.
Он поднял огниво повыше и с досадой произнес:
— Но здесь ведь все залито кровью, дочиста не оттереть.
Красные брызги покрывали стены и пол, бесследно убрать их было невозможно.
Если завтра сюда поднимется кто-то из учеников Чунчжэнь, они сразу поймут, что в Терем сокровищ кто-то проник.
И тогда обитель перейдет на военное положение.
— Терем Сокровищ под надежной защитой, обычные ученики сюда не заглядывают, так что пропажу обнаружат не сразу. Главное – убрать тела, чтобы они не начали гнить, — успокоил его Янь Шисюй.
Судя по всему, единственное, что требовало регулярного внимания в этом здании, – это духовные талисманы.
Их нужно было время от времени обновлять.
Но как часто это делалось, оставалось только гадать.
Теперь всем, кто охотился за часами Минцзун, придется действовать очень быстро.
Они принялись спешно наводить порядок. Янь Шисюй собрал свои стальные иглы и подобрал обломки чужого кинжала.
Хэ Сыци сорвал с покойников верхнюю одежду и принялся в темноте вытирать лужи крови с деревянного пола.
Закончив с этим, он осторожно спустился вниз, наступая только на четные ступени, и собрал все выпущенные стрелы, застрявшие в стенах и половицах.
Оказавшись внизу, Хэ Сыци уже собрался было взвалить оба трупа себе на плечи, но Янь Шисюй остановил его:
— Оттащи их к дверям и тщательно вытри руки от крови.
Вода отлично проводит электричество. Если на одежде или теле останется слишком много свежей крови, молнии грозового круга могут легко обойти кизиловые щиты и испепелить их на месте.
Комментарии