На следующее утро Чэнь Ло проснулся под пение птиц за окном. Су Ина уже бодрствовала – она лежала в его объятиях и с улыбкой в глазах лениво рисовала круги пальцем на его груди.
Заметив, что он открыл глаза, Су Ина игриво подмигнула:
— Доброе утро, мой хозяин!
Её низкий, бархатистый голос обладал магическим очарованием, от которого Чэнь Ло едва не сорвался, чтобы снова затащить её в пучину страсти еще на сотню раундов. Однако красавица лишь нежно поцеловала его в щеку и, ловко выскользнув из его рук, когда он попытался её удержать, грациозно поднялась с постели.
«Эта женщина… настоящая искусительница».
Вспоминая ночное безумие и глядя на алые пятна на простынях, Чэнь Ло с трудом верил, что действительно стал у неё первым.
Когда он оделся и спустился в столовую, Алисия уже была там. Она и Су Ина сидели за столом, в тишине поджидая его к завтраку.
Чэнь Ло занял почетное место во главе стола, и Вивиан тут же подала ему утреннюю рисовую кашу и яичницу.
Они ели в молчании, и атмосфера внезапно показалась Чэнь Ло немного прохладной.
— Мой господин, я закончила. Скоро я выступлю во главе отряда, — спокойно произнесла Алисия, откладывая приборы. Вчера Чэнь Ло поручил им очистить ресурсные точки в районе Хэцзянь.
Они уже распределили задачи: Алисия брала на себя металлический рудник и кристальную шахту на востоке, а Су Ина – шахту и золотой прииск на западе.
— А, вот как? Будь осторожна, — Чэнь Ло постарался придать голосу непринужденности.
Хотя взгляд Алисии оставался чистым и ясным, ему чудилось, что она о чем-то догадывается. Этот прямой, невозмутимый взор заставлял его сердце екать от необъяснимой вины.
— Слушаюсь, — Алисия поднялась, поправила прядь волос у уха и, поклонившись, вышла.
Су Ина, глядя ей в спину, лукаво улыбнулась и обратилась к Чэнь Ло:
— Хозяин, я тоже насытилась. Позвольте и мне откланяться.
Чэнь Ло с беспокойством произнес:
— Ты уверена, что с твоим телом всё в порядке? Может, сегодня отдохнешь? Я могу послать Итаку вместо тебя.
Су Ина довольно рассмеялась:
— Хозяин, вы что же, переживаете за меня?
Она встала, и в её глазах смешивались ирония и уверенность:
— Я всё-таки считаюсь сильнейшим воином династии Эроник. Такая мелочь мне не помеха!
Склонившись к самому уху Чэнь Ло, она обдала его ароматным дыханием:
— Жди меня вечером.
И, оставив после себя шлейф благовоний, она легко упорхнула.
Чэнь Ло с тоской вдохнул этот свежий аромат и, глядя на свое вновь пробудившееся желание, лишь беспомощно усмехнулся.
У входа в гостевой дом Алисия уже оседлала подаренного ей волка-переростка. Она погладила зверя по шерсти, собираясь в путь, как вдруг увидела Су Ину, вышедшую в походном облачении.
Су Ина тоже вскочила в седло своего волка, поравнялась с Алисией и с улыбкой поддела её:
— Алисия, мне кажется, ты не в духе.
— Тебе кажется, — сухо бросила та. — Я думала, ты сегодня не сможешь сесть на коня.
Су Ина на мгновение замерла, а Алисия продолжила:
— Если ты можешь радовать господина, тебе стоит больше времени проводить подле него, а битвы оставь мне.
К её удивлению, Су Ина лишь весело покачала головой.
— Золотая канарейка в клетке быстро надоест хозяину, поэтому я предпочитаю быть диким соколом. Быть искусной и в делах, и в… постели – вот единственный способ надолго удержаться рядом с таким мужчиной.
— Вот как? — Алисия слегка покраснела, но сделала вид, что ей всё равно. Она пришпорила трупного волка и помчалась к своему трехтысячному войску скелетов, уже выстроившемуся в ожидании.
Ветер бил ей в лицо, но в её душе тоже поднялось смятение.
Глядя на её поспешное отступление, Су Ина невольно рассмеялась.
— Глупышка, мужчины порой куда простодушнее, чем ты думаешь!
С этими словами она тоже направила зверя к своим войскам, напоследок с толикой сожаления оглянувшись на гостевой дом.
Только она сама знала, что напускная беззаботность – лишь маска. При мысли о вчерашней ночи её лицо обдавало жаром, но гордость воина не позволяла ей, подобно маленькой девочке, виснуть на плече Чэнь Ло.
Так что лучше выступить пораньше… На каждую из них приходится по две точки, если затянуть – к вечеру можно и не вернуться.
***
Чэнь Ло, конечно, и не подозревал о сложных чувствах своих подчиненных.
Как и сказала Су Ина, мужчины порой бывают действительно недогадливы, и дело тут не в интеллекте. За исключением экспертов по женской психологии, большинство мужчин всю жизнь не могут разгадать эту тайну, отчего и родилась поговорка, что женское сердце – это иголка на дне морском.
Позавтракав, Чэнь Ло занялся инвентаризацией ресурсов.
В его владениях две самые первые шахты кристаллов души уже исчерпали себя; запасы в них обновятся только в начале следующего месяца.
Эти два месторождения принесли ему шестьсот тысяч кристаллов.
За это время он успел создать две тысячи гулей, две тысячи рабов меча, тысячу гневных призраков, шестьсот Башен Призраков и сотню стражей императорской гробницы. Десять тысяч ушло на призыв Су Ины, и еще девяносто тысяч он одолжил Цзун Цзэ. Как могло хватить каких-то шестисот тысяч?
К счастью, дань от Цзун Цзэ и тринадцати лордов района Хэцзянь составила более двухсот тридцати тысяч кристаллов.
Но даже с учетом этого его запас таял на глазах – оставалось жалких двадцать тысяч единиц. К тому же начальные шахты всех его четырнадцати вассалов тоже опустели до начала следующего месяца.
Радовало лишь то, что в районе Хэцзянь уже несколько дней шла добыча на тринадцати малых ресурсных точках. Восемь из них были шахтами кристаллов души с общим запасом в четыре миллиона. При полной выработке Чэнь Ло получит два миллиона в качестве налога.
А поскольку Алисия и Су Ина отправились зачищать еще три малых точки и золотой прииск, успех был предрешен. Запасы тех двух шахт тоже превышали два миллиона единиц, и их Чэнь Ло планировал добывать полностью сам.
Таким образом, вскоре в его казну должно было поступить около четырех миллионов кристаллов души.
Разумеется, чтобы получить эти ресурсы, требовалось время.
Вчерашние сто восемьдесят тысяч золотых монет вместе с его старыми запасами довели общую сумму золота до двухсот тысяч.
Чэнь Ло решил, что хранить такие горы денег сейчас бессмысленно, и целиком пустил их на покупку кристаллов души.
Вскоре на его счет поступило еще двести тысяч кристаллов.
На эти средства Чэнь Ло призвал еще семьсот стражей императорской гробницы, доведя их общее число до восьмисот.
Он решил сделать этих восьмисот воинов своей личной гвардией. С такой охраной его личная безопасность была гарантирована абсолютно.
Комментарии