Я сидел на скамье в парке, закрыл папку с делом и прикрыл глаза, стараясь упорядочить всё в голове.
Первая жертва – Чжао Инъин, погибла от руки собственного отца, Чжао Кэциня. Судя по его показаниям, в тот момент его будто захлестнула беспричинная злоба, и он кухонным ножом зарубил дочь.
Вид трупа был ужасен – без цензуры фотографии едва выдержал смотреть. На ней девушка в явно чужой, не по размеру, ярко‑алой похоронной одежде с золотыми окантовками – безвкусной, показной, и совершенно неуместной для её возраста.
Из его показаний чувствовались отчаяние и раскаяние. Несостоявшийся отец позже повесился в тюрьме, не выдержав мук совести.
Вторая жертва – Ван Гуйхуа, убита невесткой, Ли Пин. Из материалов следует, что старуха и невестка постоянно ссорились – драки, разбитые тарелки, соседи отзывались о Ли Пин плохо: мелочная, злобная, завистливая.
Её собственные слова были путаны и сбивчивы, очевидно, что психика на грани. Такой человек скорее дрожит от тени, чем решается на убийство. И всё же – она решилась.
На теле убитой – та же самая ало‑красная одежда с золотыми полосами, только теперь этих полос стало заметно меньше.
Третья, четвёртая и пятая жертвы – Ян Эрчунь, Ян Юн и Ян Цзысинь, отравлены своей родственницей Се Нань, женой одного и матерью другого. Она просто насыпала крысиный яд и разрушила собственную семью.
Из её допросов ясно: она не испытывала ни капли сожаления, только жаловалась на унижения и побои.
И все трое умерших были в тех же алых похоронных нарядах, хотя теперь золотые узоры почти исчезли, лишь на воротах и манжетах осталось несколько нитей.
Тела нашли уже в этом виде. Полиция подозревала её, но Се Нань уверяла, что ничего не помнит.
Шестая и седьмая жертвы – Чэнь Паньнань и её сын Лю Синьжань. Оба сгорели в собственном доме. Она была матерью‑одиночкой, о его отце ничего не известно.
Дом сгорел дотла, однако на их телах остались совершенно целые алые похоронные одежды – яркие, как новые, контрастирующие с обугленной комнатой.
Эти последние наряды стали абсолютно красными, без единой золотой нитки.
Все случаи соединяла не причина смерти, а этот ужасный костюм, который, казалось, постепенно «перерождался» – с каждым убийством становился ярче и тревожней.
Полицейские писали, что стоит снять одежду с тела – она почти сразу истлевает в прах. Экспертиза показала: этот прах не ткань, а нечто вроде сгоревшей дешёвой бумаги.
Значит, нить ведёт не к убийцам, а к самой одежде.
Я взял камешек и черканул на земле два иероглифа: «похоронный наряд».
Но какое отношение все погибшие имели к нему?
Чжао Кэцинь, Ли Пин и Лю Синьжань работали на Шэнь Инсюэ, а Се Нань – простая деревенская женщина, жертва домашнего насилия.
Выходит, ключ не в самой Шэнь Инсюэ.
Я схватил телефон и по номеру, который дал Нефтяной магнат, позвонил ей.
— Алло, кто это? — Голос у неё был немного хрипловат, будто не ожидала звонка.
— Тётя Шэнь, это я, Чэнь Сяофэй.
— Ах, Сяофэй! — Мгновенно оживилась она. Голос стал чересчур высокий. — Что-то выяснил так быстро?
— Тётя Шэнь, вы горло надорвали? Что‑то слишком звонко звучите, — заметил я, а сам подумал, что не стоит так резко высказываться старшим.
— Кх‑кх, всё в порядке, — она слегка кашлянула, вернув прежний низкий тембр. — Так что, есть новости?
— Да. Я хотел бы взглянуть на ваш офис интернет‑магазина, — сказал я.
— Но я ведь уже закрыла магазин… Там ничего нет, кроме парочки компьютеров и упаковочных коробок, — ответила она.
— Ничего, мне нужно заглянуть не туда, а в соседний склад, — уточнил я.
Вот где, по моим догадкам, сходились пути всех пострадавших. И где лежал тот самый товар.
— Хорошо, скажи, где ты, я заеду, — быстро согласилась Шэнь Инсюэ.
Перед этим я набрал А-Ли, вкратце изложил догадки. Она лишь пожелала мне осторожности и действовать по обстоятельствам.
— А-Ли, если я найду ту одежду, что делать? — Спросил я, вспомнив о деревянной шкатулке, которую видела сестра Ван.
— Просто позвони мне, я вызову людей. У нас строгие протоколы по изъятию подобных артефактов, тебе лучше не рисковать, — ответила она.
Я согласился и отключился.
Через несколько минут у обочины посигналил автомобиль.
Я поднял голову – Шэнь Инсюэ уже приехала.
Комментарии