Глава 86: «Меняйся – или погибнешь (4 тысячи знаков, включая реальность)»
— Неужели эти вояки, у которых в головах одни мускулы да битвы, окончательно спятили? — Такова была первая мысль, возникшая в умах архиепископов после слов Чарльза III.
Без сомнения, с тех пор как шесть тысяч лет назад Бог Войны Халь положил конец эпохе хаоса своей сокрушительной мощью, новорожденная Церковь Бога Войны всегда оставалась в центре внимания. Как и их божество, они были объектом неустанного наблюдения.
«Крупнейшая силовая структура континента», «скорее экстремистская банда, чем церковь», «позор клира – верный пес на привязи Гилиаса», «никогда не пытайся взывать к логике этих придурков»…
Несмотря на всю неприязнь, остальные Церкви были вынуждены внимательно следить за каждым шагом своих коллег из Фарлана.
Поэтому, даже понимая, что Чарльз III намеренно попустительствует новым культам, после его шокирующего заявления о Церкви Бога Войны вопросы о двух новых богах отошли на второй план.
Под умелым руководством короля дискуссия резко сменила вектор, и вернуться к прежней теме уже не удалось.
Вскоре заседание завершилось. На лицах выходящих из зала архиепископов застыло выражение глубокой озабоченности и недоумения.
Это не укладывалось в голове. Фанатики из Церкви Бога Войны заставляют своих адептов – причем из самого ядра организации – массово веровать в чужих богов? Неужели они не боятся гнева своего господина?
Разумеется, они допускали и другой вариант: всё, что делает сейчас Церковь Бога Войны, происходит с личного одобрения самого Халя.
Но от этой мысли становилось еще страшнее.
Стоило помнить, что даже в эпоху великих божественных войн Бог Войны стоял особняком. Обладая несравненной силой, он никогда не вступал в союзы с другими небожителями.
Согласно древним хроникам, хранящимся в архивах Церквей, Халь по-настоящему вступал в бой лишь дважды.
В первый раз он столкнулся с Семью Богами Похоти, которые бесчинствовали в мире и жаждали заполучить Звёздный Кубок. Получив вызов, Бог Войны без лишних слов начал битву. Сражаясь один против многих, он попросту стер всех семерых противников с лица земли, продемонстрировав абсолютное превосходство.
Тот бой потряс небеса! Перепуганные младшие боги даже отправили ему прошение: «Умоляем вас, не сражайтесь так бездумно! Мировой барьер выдержит ваши удары, но остальные живые существа и мы, слабые божества, просто испаримся в отголосках вашей мощи. Вы ведь не хотите править миром, превращенным в пустоту?»
«Такому богу, как вы, подобает явиться лишь в самом финале, когда будет решаться судьба титула Верховного Бога», – гласили летописи.
В те древние времена боги отличались безмерным высокомерием. Великие сущности редко прислушивались к голосам смертных или слабых собратьев.
Однако Бог Войны счел их доводы резонными и прямодушно согласился.
В течение бесконечных последующих веков он лишь взирал на мир с высоты, более не обнажая оружия. Он безукоризненно держал слово – вплоть до своего второго выхода, который одним ударом завершил эпоху мифов.
Если бы условия появления Звёздного Кубка не были столь суровы, Бог Войны наверняка уже давно стал бы неоспоримым Верховным Богом.
— Тройственный союз… Если даже такой великий бог, как Халь, долгие века не проявлявший активности, решил вмешаться… О Господи, укажи нам путь в этом бренном мире! — Архиепископы, осознав масштаб новостей, первым же делом отправили доклады Папам и богам в их заоблачные обители.
Мир содрогнулся, боги обратили свои взоры на Дисборд.
Тем временем в королевском замке Лиандр, по обыкновению следовавший за отцом после совета, едва оказавшись в личных покоях короля, не выдержал:
— Отец, так значит, ты тоже…
Он не успел договорить. Чарльз III поднял руку, призывая к тишине.
Под недоуменным взглядом сына король подошел к гербу, на котором терновник обвивал дуб, и внезапно спросил:
— Наше королевство Элкия обладает древней историей, его наследие не уступает соседней Империи Фарлан. Скажи мне, дитя мое, помнишь ли ты, когда именно была основана Элкия?
— Помню, конечно. Примерно две тысячи лет назад… — машинально ответил Лиандр.
Чарльз III обернулся и кивнул:
— Официально Элкия была провозглашена две тысячи триста семьдесят один год назад. Однако зачатки нашего государства появились еще три тысячи лет назад, в Эпоху Богооставленности.
— Эпоха Богооставленности? — Лиандр нахмурился.
Это было мрачное время, когда боги внезапно отдалились от мира. Живые существа, привыкшие почитать небожителей, не любили вспоминать тот период. Даже наставники принца редко касались этой темы в своих уроках.
— Основание Элкии как-то связано с теми темными временами?
— Присядь, — улыбнулся Чарльз III.
Несмотря на титул, у короля было немного детей, и благодаря его спокойному нраву и заранее определенному преемнику, атмосфера в королевской семье всегда была теплой.
Когда отец и сын устроились в креслах, Чарльз III заговорил тихим, полным воспоминаний голосом:
— На самом деле Элкия выросла на руинах другого государства. Той страны, чьи корни уходили еще в финал древних божественных войн.
— То государство было невероятно процветающим. Под защитой могущественного бога оно превосходило по силе даже нынешнюю Империю Фарлан. Ты удивлен. Удивлен, что никогда не слышал о нем и не встречал упоминаний в книгах? Это неудивительно. Причина гибели той страны крайне проста: они предали своего бога.
— С самого начала, пока боги еще ходили среди смертных, та страна всеми силами стремилась снискать расположение некоего великого божества. И им это удалось. Под его покровительством они быстро стали величайшей державой на континенте Луция.
— Однако, — король сделал паузу, — как и в истории с Экрутик Сити из игры «Покемон», человеческой натуре свойственны жадность и бахвальство.
— Когда настала Эпоха Богооставленности и боги покинули мир, та страна, привыкшая только брать, перестала получать ответы на свои молитвы. В народе начались перемены. Сначала пришел страх, затем – обида и недовольство. Люди всем сердцем возненавидели своего бога. Они считали, что раз он принял столько их подношений, то бросать страну вот так – это верх подлости. При молчаливом согласии, а местами и тайной поддержке королевского дома, вера в это божество начала стремительно угасать.
— И тогда пришла кара.
— Тот великий бог не стал марать руки. Но в погоне за его расположением та страна когда-то нанесла немало обид другим божествам. Раньше их защищал покровитель, но когда он разочаровался в своих подопечных, другой бог нанес решительный удар. Именно тогда смертные вновь вспомнили, что такое божественный ужас.
— Тот бог даже не входил в число сильнейших, но страна, собрав все свои силы, не смогла ничего противопоставить единственному удару, пришедшему из-за пределов мира. Королевский род был истреблен, земля превратилась в пепелище. Лишь спустя сотню лет стараниями выживших на этих пустошах вновь затеплилась жизнь.
Чарльз III замолчал. Он с одобрением посмотрел на Лиандра, который не выказал страха, а лишь глубоко задумался.
— Тогда-то наш предок, сумевший подняться на обломках той цивилизации, осознал истину, которая передается в нашем роду по сей день. С богами нужно быть всегда почтительными и покорными, и ни одного из них нельзя оскорблять.
— Сын мой, запомни: мы можем давать Церквям возможность развивать их веру на наших землях, но в их распри мы, простые смертные, лезть не имеем права. Встав на сторону одного бога против другого, ты, может, и сохранишь покой сегодня, но в будущем накличешь беду, которую мы не сможем вынести. Этот мир лишь кажется нашим, но Дисборд – это мир богов.
— Только осознавая свое место и соблюдая дистанцию с небожителями, наше государство сможет существовать долго. В этом и заключается вечная мудрость предков.
Чарльз III легонько похлопал Лиандра по плечу.
После долгого молчания Лиандр поднял глаза на карту континента, лежавшую на столе. Его взгляд замер на границах Империи Фарлан, которая уже явно теснила Элкию.
— Отец, я не верю в мудрость, которая остается неизменной вечно. Даже великая Богиня Мудрости Акана говорила: «Мудрость меняется вместе с эпохой». Твои мысли верны в своей основе, но для нашего времени они начинают устаревать.
— Вот как? — Чарльз III не рассердился. Напротив, он с интересом посмотрел на наследника. — И каково же твое мнение?
— Ничего особенного, просто… Отец, ты ведь и сам знаешь, что главная угроза Элкии сейчас исходит не от богов, а от Империи Фарлан, что живет за нашей межой.
Лиандр собрался с мыслями и указал на карту:
— Мы держим дистанцию с Церквями, но человек по имени Гилиас с самого прихода к власти опирается на последователей Бога Войны. Фарлан стал таким могущественным во многом благодаря их поддержке. Поэтому…
— Продолжай, — подбодрил его король.
Лиандр набрался смелости и выложил всё как на духу:
— Если мы будем и дальше избегать богов и их Церквей, то рано или поздно Элкия падет к ногам этого фарланского волка.
Чарльз III на мгновение замолчал. Его взгляд проследил за жестом сына и остановился на гербе Империи Фарлан – свирепом черном волке.
— Значит, Лиандр, ты предлагаешь нам тоже использовать силу богов и их Церквей?
— Именно так, — твердо кивнул принц.
Изменение векового курса могло привести к краху, предсказанному предками. Но без перемен, по мнению Лиандра, Элкия вряд ли протянет и сотню лет под напором Фарлана.
— Я считаю, что Бог Игр и Его игроки – идеальная цель для сближения, — добавил он, чувствуя, как мысли обретают четкость.
— Твои доводы?
— Гилиас осмелился поддержать Церковь Бога Войны, потому что Халь – сильнейший из богов, способный подавить недовольство остальных. Но судя по твоим сведениям, Бог Войны уже установил связь с Богом Игр. Выбирая Его, мы фактически выбираем Тройственный союз, что позволит нам усмирить аппетиты внутренних Церквей.
— Но почему не выбрать самого Бога Войны или древнего Повелителя Снов? Насколько мне известно, Бог Игр только недавно переродился, — продолжал допытываться Чарльз III.
— Фарлан первым выбрал Бога Войны, — не раздумывая, выпалил Лиандр. — Если мы сделаем то же самое, то окажемся в подчинении у соседей. Что же до Повелителя Снов, то судя по легендам и характеру его последователей, он вряд ли даст нам то, что нам нужно для укрепления страны.
— Вот оно как… Но скажи мне, дитя мое, не думал ли ты о том, что Бог Игр может полностью подчиниться Богу Войны? И тогда, выбрав Его, не окажемся ли мы в еще большей зависимости?
— Это… — Лиандр осекся.
За то время, что он был игроком, он всем сердцем почувствовал: Бог Игр – совершенно особенное божество. Даже перед лицом величайшего Бога Войны Он не склонит головы! Но… это было лишь его личное ощущение. У него не было доказательств, чтобы выстроить безупречную логику.
Принц замолчал.
На лице Чарльза III не отразилось разочарования.
— Твои мысли хороши, но им не хватает широты. Так что, Лиандр, продолжай думать. И помни: когда захочешь воспользоваться силой бога, чаще вспоминай историю о той погибшей стране. Даже у богов есть свои предпочтения. Прежде чем действовать, ты должен осознать свое место и шаг за шагом прощупывать волю божества.
С этими словами король вновь похлопал сына по плечу и вышел из комнаты.
В покоях воцарилась тишина. Лиандр долго стоял неподвижно, переваривая услышанное, как вдруг его осенило:
— Постойте… Отец ведь так и не ответил, является ли он сам игроком! Ловко он ушел от ответа…
Комментарии