]
Возможно, поняв, что нагнал лишнего страху, Куан Хунъи улыбнулся, смягчая свои слова:
— Братец Чу, это всего лишь мои догадки. В общем, просто будь начеку.
После этого они еще долго болтали о всякой всячине, становясь всё ближе и ближе. «Братец Куан» здесь, «братец Чу» там – они общались так, словно были старыми друзьями, не разлей вода.
Когда их начало клонить в сон, они еще раз проверили обстановку за дверью и окнами. Убедившись, что всё тихо, Куан Хунъи подошел разбудить Сюй Су, а Ян Сяо отправился будить Суй Тинтин – пришло время смены караула.
Улегшись на кровать, где до этого спала Суй Тинтин, Ян Сяо то и дело улавливал запах целебных трав. Отношение Куан Хунъи к нему изменилось на сто восемьдесят градусов. И дело было не в добросердечии Куан Хунъи, а в том, что тот счел его полезным.
В то, что Куан Хунъи полицейский, Ян Сяо не верил – от этого человека веяло скрытой свирепостью.
Более того, воспользовавшись рукопожатием, Ян Сяо заметил: края его ладоней грубые, а на подушечках у основания пальцев – мозоли. Хват был уверенным и сильным. Подобное характерно для тех, кто профессионально обращается с оружием. Обычному полицейскому такие навыки ни к чему, он больше походил на наемника.
Что касается Ши Дали, то Ян Сяо приметил его еще в самом начале. Лицо недоброе, сам молчалив. Ростом невелик, около ста семидесяти сантиметров, но телосложение жилистое и крепкое. В небольших глазах порой проскальзывал воровской блеск. Он привык слегка сутулиться, при ходьбе плечи опущены, локти прижаты, походка устойчивая – за плечами явно была школа боевых искусств, и немалая.
Ян Сяо понимал: если дело дойдет до конфликта с таким человеком, в открытом противостоянии шансов на победу нет. Нужно будет бить первым.
Сюй Су тоже была не промах. Девушка чуть старше двадцати лет, которая сохраняет ледяное спокойствие в критических ситуациях… такой образ плохо вязался с обычной преподавательницей точных наук.
Еще был Кэ Лун. Ян Сяо прокрутил в голове его повадки… хм… ничего особенного не заметил. Однако раз он сумел выжить в предыдущем сценарии, значит, и у него есть свои козыри.
На данном этапе все они были союзниками. В меру своих сил стоило помогать друг другу. Куан Хунъи обладал хорошими навыками и осторожностью, а как опытный игрок он мог восполнить нехватку опыта у новичка. Эта сделка была выгодной.
В последующих заданиях ему нужно будет проявлять себя, чтобы остальные осознали его ценность. Только так можно обеспечить себе максимальную безопасность. Даже если возникнет опасность, соратники, взвесив все за и против, предпочтут спасти его.
— Эх… — Ян Сяо вздохнул. Глядя на резной балдахин кровати, он почувствовал, как на него накатывает тоска. Столько времени писать сценарии, причем сплошь мистику, и в итоге самому оказаться запертым в одном из них! Если он по глупости здесь сгинет, страшно представить, как его потом будут костить читатели.
Пока он предавался раздумьям, сознание начало затуманиваться, и в конце концов он действительно уснул.
Утром Ян Сяо разбудила Суй Тинтин. Открыв глаза, он на мгновение растерялся. Он ведь собирался не смыкать глаз всю ночь! Неужели у автора мистических историй настолько притупилась бдительность?
Как стыдно…
Дверь уже была распахнута, в комнату лился теплый солнечный свет. Кроме него и Суй Тинтин в помещении никого не осталось. Вторая кровать пустовала. Ян Сяо опешил и тут же спросил:
— А где остальные?
— Приходил слуга, сказал, что от каждой комнаты нужно отправить по человеку за корзинами с едой. Братец Куан забеспокоился, что сестрице Сюй Су идти одной небезопасно, и пошел с ней. А мне велел остаться и дождаться, когда ты проснешься.
— Как давно они ушли?
— Уже порядочно. Потому я тебя и разбудила, — Суй Тинтин нервно теребила пальцы.
— Порядочно – это сколько?
— С полчаса… не меньше.
Ян Сяо понял: дело нечисто. Поход за едой не мог занять столько времени. Наверняка что-то случилось.
Он схватил Суй Тинтин за руку, и они поспешили в соседнюю комнату. Распахнув дверь, они увидели Ши Гуаньмина, который в тревоге мерил шагами пол. Быстро расспросив его, Ян Сяо выяснил, что Ши Дали и Кэ Луна увели под тем же предлогом.
Медлить было нельзя. Втроем они бросились назад по вчерашнему пути. У поворота крытой галереи они услышали шум спора и чьи-то приглушенные рыдания.
Пойдя на звук, они вышли к просторному двору. Там уже были Куан Хунъи и Ши Дали. Напротив них стояла толпа людей в одеждах слуг, окруживших игроков. Между ними явно назревал конфликт.
Подойдя ближе, Ян Сяо сквозь просветы в толпе увидел на земле труп, накрытый белой тканью. Из-под нее виднелись лишь ноги в матерчатых туфлях. Одежда покойника была насквозь мокрой.
— Что случилось? — Ян Сяо протиснулся сквозь толпу.
— Твою мать, у вас покойник, а мы-то тут при чем? — Кэ Лун орал во всю глотку, и вид у него был свирепый. — Не мы его убивали!
Напротив стоял рослый верзила со шрамом у глаза. — Это что еще за разговоры? Вас зачем сюда позвали! Взяли серебро, а дело не делаете? Еще и огрызаетесь?
Послушав немного, Ян Сяо восстановил картину событий. Сегодня на рассвете слуга пошел за водой к чану на заднем дворе. Подняв крышку, он едва не лишился чувств: из воды на него смотрело человеческое лицо. Кто-то утонул прямо в чане.
Ян Сяо шагнул вперед и медленно откинул белую ткань. На земле лежал молодой парень в одежде слуги. Глаза его были широко распахнуты – он умер, не успев обрести покой. Вглядевшись, Ян Сяо вздрогнул: это же тот самый малый, что вчера вечером нес на спине бумажную фигуру!
Он запомнил его только потому, что тот споткнулся на обратном пути.
— Управляющий Лю идет!
Стоило кому-то выкрикнуть это, как самые крикливые забияки из толпы тут же притихли. Спустя мгновение в окружении помощников появился мужчина в шелковом одеянии. Толпа послушно расступилась.
Нос крючком, тонкие губы, раскосые глаза… это был тот самый старик, что вчера руководил сожжением бумаги!
Оказалось, он и был управляющим в поместье Фэн.
Придя, управляющий Лю не проронил ни слова. Он лишь повел рукой, и один из его крепких подручных шагнул вперед, отвесив зачинщику спора две звонкие пощечины. У того из носа и рта брызнула кровь. Удары были нанесены умело и с силой – бедолага совершенно оторопел.
— Мне всё известно. Сунь Амао погиб, потому что жизнь его была грошовой, и другие здесь ни при чем. Унесите труп, семье выплатите щедрое пособие.
Управляющий Лю приподнял тяжелые веки и обвел присутствующих взглядом. Его бесстрастный голос звучал пугающе властно:
— На этом всё. И не дай бог кому-то из вас начать чесать языком и порочить доброе имя семьи Фэн. Не обижайтесь потом, если я забуду о милосердии.
Было видно, что управляющий Лю пользуется в доме огромным авторитетом. После этих слов те, кто недавно бушевал, мигом притихли и понурили головы, боясь даже вздохнуть.
Убедившись, что порядок восстановлен, управляющий Лю повернулся к Ян Сяо и остальным. На его лице-маске не отразилось ни единой эмоции:
— Почтенные Посланник Счастья, господин Фэн проснулся. Он желает поговорить с вами.
Комментарии