]
— Раньше дорога эта была глухая, — заговорил возница, — разбойники хозяйничали. Торговцев грабили, женщин уводили, мужчин и детей потрошили на глазах и вешали на деревьях. А с вожаками обходились ещё хуже – потрошили живьём, чтобы страху нагнать.
— Потом осмелели настолько, что напали на семью самого уездного главы. Власти приказали выслать войско. Всех пойманных рубили без суда, а главарей – четвертовали и вывешивали их головы для устрашения.
— Туда стали валить трупы, и скоро вся дорога завоняла. Люди боялись даже подойти, дабы не счли пособниками. Говорили, появились злые духи, начали пропадать живые.
— Пока однажды не пришёл босоногий монах. Зимой, по пояс в снегу, без обуви, в тонкой рясе, а лицо – розовое, будто в тепле. Сутками стоял в том лесу, а утром пошёл в управу. Сказал: место это скопище тёмных сил, души убитых не разошлись и вот‑вот восстанут, погубив весь город.
— Чиновники лишь посмеялись и приказали избить его палками. Но стоило ударить, как семь, восемь служивых отлетели, точно пушинки. Тогда монах достал из мешка две округлые вещи и бросил на пол. Это оказались головы.
— Их знали все – главари бандитов, прозванные Дракон, что Взбирается на горы, и Воющий Ветер. Обоих полгода назад уже казнили и выставили головы на дороге. А теперь – свежие, без следа гнили.
— Монах раскрыл челюсть одного и показал: во рту кусок человеческого уха с бирюзовой серёжкой. Сказал, ночью застал этих двух духов, когда они пожирали людей, и, отбившись, уничтожил их окончательно, вернул головы как доказательство.
— Проверили – всё так. И тогда по его слову на том месте, где сливалась мёртвая энергия, построили Башню Упокоения Душ, а безымянные останки всех убитых зарыли вокруг, чтобы башня сдерживала злых духов. С тех пор дорога стала спокойной.
— Позже установилось правило: если где поблизости находили непризнанные тела, их тоже хоронили у башни, чтобы призраки не смогли бродить. Говорят, сам монах оставил в башне статую Будды, но правда ли – никто не знает.
Возница замолчал, но Ян Сяо насторожился. Тот рассказал слишком подробно, да и ошибка проскользнула.
— Постой, — сказал он, — люди боятся туда и взглянуть, а как же тогда тела закапывали?
Смутившись, возница почесал затылок. — А это просто. Берут щепоть земли с могилы, держат во рту, пока не закончат, а потом выплёвывают.
Дорога тем временем выровнялась, повозка закачалась мягче. Возница достал из груди красную тряпицу, в ней оказалась пыльная земля. — Вот она. Обычно запасают заранее. Запах, правда, отвратительный…
Он смущённо усмехнулся. Ян Сяо понял намёк – видно, неприятно работать с такой землёй, вот и не поделился заранее.
Неожиданно Сюй Су протянула руку, зачерпнула немного и отдала часть Ян Сяо.
— Это зачем? — Удивился возница.
— Подстрахуемся, — ответил Ян Сяо. Башня Упокоения Душ уже вызывала у него не самое радостное предчувствие.
Прошло ещё полчаса, и донёсся шум воды. Повозка остановилась.
Перед ними раскинулась небольшая пристань – людно, суетно: богачи, носильщики, повсюду мешки, телеги, баржи.
Возница не стал задерживаться. — Через полчаса встречаемся здесь, — сказал он и уехал.
— Спасибо, госпожа Сюй, — сказал Ян Сяо. — Земля, возможно, ещё пригодится.
— Пустяки, — улыбнулась она. — Главное, что ты рядом – я тогда и вправду думала, что всё, не выберемся.
«Да знаю я тебя, актриса», – подумал Ян Сяо, но виду не подал. На лице было и смущение, и лёгкая гордость: мол, не зря рядом с красавицей оказался. Потом он посерьёзнел. — Мы одна команда, помощь – обязанность.
— Ты не похож на других, — сказала Сюй Су, встретившись с ним взглядом. В её глазах мерцала и нежность, и надежда. — Потому и хочу, чтобы ты выжил. Ты новенький, кое‑чего ещё не знаешь. Если остальные не скажут – спрашивай у меня.
«Вот и пошло», – усмехнулся про себя Ян Сяо.
Она пригладила прядь и, будто решившись, добавила:
— Вчера ты долго говорил с братцем Куаном. Он добрый человек, я это чувствую. Но я боюсь, что тебя обманут. Я видела много таких новичков, как ты: доверились не тем – и остались навечно в этом проклятом мире.
Комментарии