]
Пока спектакль не начался, Ян Сяо несколько раз прошелся туда-обратно, запоминая дорогу. Старик предупреждал, что «съеденную» еду нельзя просто выбрасывать – ее нужно складывать рядом с курильницами.
Подойдя ближе, Ян Сяо заметил, что под каждой курильницей лежит длинный желтый листок, похожий на талисман. Помимо непонятных каракулей, на нем были выведены восемь иероглифов рождения.
Он проверил все четыре курильницы. Под каждой лежал талисман, и восемь иероглифов рождения на них совпадали. Видимо, это были данные Нечто радостное.
Закончив осмотр и не найдя изъянов, Ян Сяо вернулся к скамье и откинул красную ткань с корзин. В четырех корзинах слева направо лежали: сырое мясо, крупы, свежие фрукты и, наконец, корзинка со сладостями и сухофруктами, которые так любят дети. Порядок в точности соответствовал блюдам на алтаре.
На ручке первой корзины был повязан кусок грязной рванины. Ян Сяо хватило одного взгляда, чтобы узнать такой же саван, какой был на плече старика. От него несло нестерпимым смрадом.
Сейчас эта вещь была бесценна. Когда начнется Призрачный Спектакль, ему придется оборачивать подношения в этот саван, чтобы скрыть их запах. Иначе по пути к алтарю его мигом окружат голодные твари.
Сопоставив слова старика со своими выводами, Ян Сяо составил план на ночь. Суй Тинтин – главная героиня. Если все пойдет гладко, в нее временно вселится Мстительный Дух Нечто радостное, чтобы повторить тот роковой спектакль. Он сам и Куан Хунъи должны изнутри и снаружи сдерживать Мстительный Дух и призраков, пришедших на зов, обеспечивая успех ритуала.
Что до Ши Дали и Ши Гуаньмина, то они, по расчетам Ян Сяо, сейчас на берегу озера ждут сигнала. Как только Нечто радостное овладеет телом Суй Тинтин, Куан Хунъи поднимет красный фонарь. Увидев его, те двое нырнут за трупом.
Теоретически, если Мстительный Дух привлечен спектаклем, то и ходячий мертвец в воде должен отвлечься. Озеро станет безопасным. Если успеть найти тело и закрыть ему глаза, пока длится представление, дело будет сделано.
Звучит не слишком сложно, но основной груз ложился на их троицу. Ян Сяо ни на грош не верил, что Мстительный Дух будут смирно сидеть внизу и слушать оперу.
— Тонг!
Удар гонга заставил Ян Сяо вскинуть голову. Мгновение спустя из-за кулис скованной походкой вышла фигура. Суй Тинтин!
Но узнать ее было почти невозможно. На ней был ярко-красный свадебный наряд, подол которого волочился по земле. Голову венчала расшитая золотом и серебром корона феникса, усыпанная жемчугом и камнями. Даже в тусклом свете она ослепительно сияла.
Грим был безупречен: тонкий слой пудры, нежные линии – ни убавить, ни прибавить. Глаза как с картинки, алые губы манят… этот макияж был на сотню голов выше мазни Ян Сяо. Он понял: старуха вовсе не была неумехой, она просто и не собиралась его красить по-человечески!
За спиной у Суй Тинтин торчали четыре флага, какие обычно носят актеры в ролях воинов. Присмотревшись, Ян Сяо похолодел: это были не сценические флаги, а искусно обрезанные знамена призыва душ!
— Тоска любви горька, где милого найти?
— Любимый знает зов мой, да преграда на пути…
— В Хуанцюань вода хладна, и слезы Мэн текут…
— Хоть мук не счесть, любовь мою века не изведут…
— И-и-и… я-а-а…
Суй Тинтин начала с запева. Услышав этот дрожащий голосок, Ян Сяо понял – это все еще она.
На сцене Суй Тинтин походила на марионетку: движения дерганые, шаг тяжелый. На лице застыла вымученная улыбка, которая выглядела хуже рыданий. Пела она совершенно мимо нот, вразнобой – видать, репетиций не хватило.
Внезапно налетел ледяной вихрь, прижав пламя свечей к фитилям. Талисманы и бумажные деньги под курильницами бешено затрепетали. Ян Сяо едва не ослеп от поднявшейся пыли.
Когда он приоткрыл глаза, увиденное заставило волосы на теле встать дыбом. Глаза Суй Тинтин бешено закатились, оставив лишь белки. Четыре знамена призыва душ за ее спиной полоскались на ветру с яростным треском, словно в эпицентре шторма.
Через миг Суй Тинтин обмякла, но когда подняла голову, это был уже другой человек. На лице заиграла странная улыбка. Она вытянула руку, широкий рукав плавно опал. Плечи перекосило, тело изогнулось под немыслимым углом. — И-и-и… я-а-а!
От этого звука Ян Сяо оцепенел. В жилах будто застыла ледяная крошка. Теперь он знал наверняка: Суй Тинтин больше нет. На сцене – Нечто радостное. Спектакль начался!
Надо признать, Нечто радостное не зря была звездой Труппа Бай. Всего пара фраз, пара жестов – и проявилось величие мастера. Голос звучал скорбно и надрывно, заставляя сердце обливаться кровью.
— У-у-у…
Ян Сяо невольно напрягся. Он услышал едва различимый плач. По мере того как песня становилась все выше и горестнее, плач нарастал, становясь все отчетливее. И доносился он прямо из-за его спины!
Он скосил глаза. Краем зрения он видел все тех же бумажных фигур в нелепых позах. Ничего необычного.
Глубоко вдохнув, Ян Сяо вспомнил наказ старика. Закрыл левый глаз и, превозмогая резь, медленно открыл правый. — С-с-с…
От этого взгляда он похолодел до костей. Сквозь желтую бумагу он увидел десятки раздутых фигур, втиснутых в скамьи. Они задрали головы, которые были в несколько раз больше человеческих, и не мигая пялились на сцену. Их тела мерно раскачивались – то ли в рыданиях, то ли в каком-то жутком танце.
«Левый глаз видит людей, правый – призраков!»
Ян Сяо затаил дыхание и отвел взгляд, но картина на сцене нанесла новый удар. Вместо щуплой Суй Тинтин там высилось нечто огромное и бесформенное, похожее на набитый водой мешок. Существо колыхалось без тени грации. Гнилое, распухшее лицо было шире короны феникса. Это был разложившийся труп!
Хуже всего было то, что пока Ян Сяо смотрел на это лицо, пение внезапно оборвалось. Движения замерли. Хоть сквозь бумагу детали были неясны, он кожей почувствовал ядовитый, полный ненависти взгляд. Нечто радостное на сцене заметила его!
Ян Сяо тут же опустил голову. Закрыл правый глаз, открыл левый. В следующую секунду морок рассеялся. Суй Тинтин на сцене двигалась грациозно, ее лицо было прекрасным, а голос – чарующим. Бумажные фигуры рядом сидели смирно, словно все увиденное было лишь галлюцинацией.
Сглотнув, Ян Сяо почувствовал, как спина взмокла от пота. Еще бы секунда – и конец. Значит, правым глазом нельзя пользоваться бездумно. Старик не предупредил: правый глаз позволяет не только видеть призраков, но и призракам – видеть тебя.
«Вот теперь начнутся проблемы…»
Комментарии