]
Улик больше не было, и продолжать обсуждение смысла не имело. Все были измотаны. Ян Сяо заставил себя взбодриться и вызвался на первое дежурство, отправив Куан Хунъи и Суй Тинтин отдыхать.
Суй Тинтин ворочалась, не в силах сомкнуть глаз. Стоило ей опустить веки, как перед ней возникали дети, идущие к столику. В конце концов она сдалась, поднялась и села за стол рядом с Ян Сяо.
— Спасибо вам, господин Чу.
Она говорила от чистого сердца. Без него она бы не выжила. К тому же она остро чувствовала, как «старички» презирают новичков. Ян Сяо тоже был новеньким, но он заслужил уважение исключительно своими способностями.
Ян Сяо едва не засыпал, веки налились свинцом. Он глотал крепкий чай один за другим и рассеянно ответил:
— И тебе спасибо. Что рискнула предупредить меня, когда была на сцене.
— Я должна была. Просто тех детей так жалко… — При упоминании девочек ее взгляд потух. — Не верится, что семья Фэн творила такие ужасы. Неудивительно, что за ними пришла Нечто радостное. Они должны искупить свои преступления! Вы ведь тоже так думаете, верно?
Ян Сяо помолчал, а потом вдруг спросил:
— Эм… тебе ведь совсем не спится?
Суй Тинтин растерялась, не сразу поняв, к чему он клонит. Она всё еще была погружена в пучину печали.
— Я… как вспомню эту ночь, так сон пропадает.
— Вот и отлично, тогда дежурь ты. А я посплю, умираю от усталости. — Ян Сяо зевнул и направился к кровати, на которой до этого лежала девушка. Куан Хунъи сказал, что этой ночью ничего больше не случится, да и рассвет уже близок.
Однако он всё же предостерег ее:
— Смотри в оба. Разбуди меня через полчаса.
С этими словами Ян Сяо рухнул на постель. Одеяло еще хранило тепло, и он провалился в глубокий сон почти мгновенно.
Оставшись без компании, Суй Тинтин побоялась сидеть за столом одна. Тени за окнами и дверями казались ей живыми. Убедившись, что Ян Сяо действительно спит, она тихонько подошла к нему.
— Господин Чу? Господин… господин Чу?
Ян Сяо не шелохнулся. Суй Тинтин решилась и осторожно присела на самый край кровати в ногах, чтобы быть поближе к нему. Так она чувствовала себя в безопасности. — Фух… так и досижу до рассвета.
Сны его не тревожили. Когда Ян Сяо открыл глаза, в комнате уже было светло. Солнечный луч пробивался сквозь щель в ставнях, прочертив на полу яркую линию.
Он отлично выспался, но почувствовал укол совести. Он ведь обещал Куан Хунъи дежурить, а сам проспал до утра – крайне безответственно.
Куан Хунъи уже сидел за столом. Заметив, что Ян Сяо проснулся, он подошел с чашкой чая.
— Ну что, брат Чу, как отдохнул?
— Да… неплохо.
Куан Хунъи присел на край кровати и подмигнул:
— А ты горазд спать! Когда Суй Тинтин разбудила меня на смену, я хотел перекинуться с тобой парой слов, гляжу – а ты уже вовсю сопишь. Эх, молодость, засыпаешь едва коснувшись подушки.
— Господин Чу, умойтесь, — Суй Тинтин подошла с медным тазом и белым полотенцем на плече.
Она украдкой подмигнула Ян Сяо, и тот всё понял. Куан Хунъи не догадался о его лени, Суй Тинтин его прикрыла, просидев на посту за него.
Приняв таз, Ян Сяо поблагодарил ее. Не успел он перекинуться и парой фраз с Куан Хунъи, как снаружи послышались шаги. В дверях появился управляющий Лю.
Увидев всех троих в сборе, он слегка расслабился, но голос его дрожал от скорби.
— Посланник Счастья, Ши Фукэ мертв. Его тело нашли в озере.
Для них это не было новостью, поэтому они не проявили удивления. Куан Хунъи тут же рассказал о событиях на сцене, умолчав лишь о детях. Затем он в лоб спросил управляющего Лю, что еще те скрывают, ведь сущность, явившаяся на призыв, явно не была Нечто радостное!
Управляющий Лю лишился дара речи. Опомнившись, он пробормотал:
— Не Нечто радостное? Как… как такое возможно?
— Если это была она, то как объяснить смерть Ши Гуаньмина? — Вставил Ян Сяо. — Явно в восемь иероглифов рождения вкралась ошибка!
— Исключено! Эти данные точно принадлежат Нечто радостное. Мы приглашали мастера для расчетов, ошибки быть не может! — Управляющий Лю стоял на своем.
— А не случалось ли чего странного в ту ночь, когда праздновали свадьбу старого господина Фэна? — Ян Сяо решил зайти с другой стороны.
Управляющий Лю задумался.
— Точно не помню… Вроде ничего такого. Постойте, я позову старого счетовода. В ту ночь он записывал всех, кто пришел с труппой, каждому выдавали наградные деньги.
Едва управляющий Лю вышел, как обернулся:
— Да, и не ждите Ши Фукэ. После гибели Ши Гуаньмина его вызвал к себе господин Фэн для допроса.
Примерно через четверть часа пришел дряхлый старик с посохом и холщовой сумкой через плечо.
На вид ему было за семьдесят, хотя при тогдашнем уровне жизни могло быть и шестьдесят. Старик вежливо поклонился.
— Я счетовод поместья. Вы и есть те Посланник Счастья, которых пригласил господин?
— Мы, почтенный старец.
Осмотрев Ян Сяо, старик достал из сумки толстую тетрадь с пожелтевшими углами.
— Вот записи расходов за ту ночь, когда приезжала Труппа Бай. И расписка, скрепленная личной печатью главы труппы Бай.
Они принялись изучать документы. Хотя записи были на архаичном языке, почерк был аккуратным, и Ян Сяо уловил суть.
Было две расписки: одна на тысячу лянов серебра, другая – на двести. Итого глава труппы Бай получил тысячу двести лянов. Причем было указано: только наличным серебром, никаких векселей. Это совпадало со словами господина Фэна.
Что касается расходов, то помимо этой суммы была еще графа мелких выплат. Имен там не было, только театральные титулы.
— «Главный актер, глава труппы, генеральный распорядитель, актер второго плана, управляющий по финансам, управляющий по безопасности, младший управляющий, массовка, заведующий реквизитом, помощник сцены, костюмер…»
— Что за нелепица, — Суй Тинтин окончательно запуталась.
Старый счетовод степенно сложил руки в приветствии.
— Вы, верно, не театралы, раз не знаете. Труппа Бай считалась в наших краях солидным коллективом. Всего в ней было около двадцати–тридцати человек. Каждый, кто в ту ночь переступил порог поместья Фэн, получил награду. Но размер суммы зависел от положения в труппе.
Комментарии