]
— Что с тобой? — Крикнул Куан Хунъи.
Ян Сяо не стал тратить время на вопросы. По лицу девушки было ясно: она страдает от невыносимой муки. Он мгновенно подогнал свою лодку вплотную и перепрыгнул к ней.
Суй Тинтин уже не могла сидеть, она уткнулась лицом в настил. Из носа и глаз текло, а с губ срывался бессвязный стон:
— Живот… живот…
Отбросив приличия, Ян Сяо коснулся ее живота. В ту же секунду Куан Хунъи увидел, как Ян Сяо вздрогнул и едва не повалился за борт.
— Твою мать! — Лицо Ян Сяо исказилось. — В ней… в ней что–то есть!
Куан Хунъи опешил:
— В смысле?!
— У нее в животе что–то шевелится!
Ян Сяо задрал подол бумажного одеяния девушки. Даже будучи готовым к худшему, он похолодел: на коже живота Суй Тинтин с двух сторон проступали отпечатки маленьких ладоней. Крошечные, детские ручки с силой толкали кожу изнутри. При каждом толчке Суй Тинтин содрогалась всем телом.
Куан Хунъи, увидев это, побледнел как полотно:
— Что за чертовщина? Это призрачный плод?!
Слова «призрачный плод» мгновенно привели Ян Сяо в чувство. Он понял, что это за звон. В глухих деревнях был обычай: если женщина долго не могла разродиться, старейшина выходил на порог и бил в гонг. Стоя спиной к дому и лицом к улице, он отпугивал злых духов, что пытались забрать ребенка. Это называлось гонг призыва жизни. Проклятье… этот звук и был гонгом призыва жизни!
Но почему Суй Тинтин? Вторая невестка на корабле «Бо Си» – вот кто должен рожать!
Гонг затихал. Суй Тинтин обмякла на дне лодки, хватая ртом воздух, будто ее только что вытащили из петли.
Ян Сяо яростно налег на шест, направляя лодку к кораблю «Бо Си». Поравнявшись с бортом, он закричал вполголоса:
— Ши Дали! У нас беда!
Ответа не последовало. Куан Хунъи, пристав с другой стороны, прошептал:
— Может… он сбежал под шумок?
Вполне вероятно. Ши Дали рисковал больше всех. Ян Сяо и Куан Хунъи обошли судно и подошли к корме. Там, привязанная толстым канатом, на волнах качалась пустая шлюпка.
Раз шлюпка на месте, значит, Ши Дали не уходил. От этого Куан Хунъи стало немного легче.
Ян Сяо нахмурился. Тишина на корабле была подозрительной. — Вы слышали хоть какой–то звук с палубы? — Спросил он.
Суй Тинтин, всё еще прижимая руки к животу, слабо покачала головой:
— Нет.
Куан Хунъи тоже насторожился. Когда забил гонг призыва жизни, первой должна была отозваться вторая невестка. Даже с кляпом в роту она не могла бы страдать молча. А на корабле еще и Ши Дали. Почему там тишина, как в могиле?
Дурное предчувствие захлестнуло Куан Хунъи. Он отбросил осторожность и заорал во всю глотку:
— Ши Дали! Твоя лодка отвязалась! Выходи скорее, пока не уплыла!
Лодка была для Ши Дали единственным путем к спасению, но даже этот крик не вызвал никакой реакции. Корабль хранил молчание.
Что–то было не так. Совсем не так. Куан Хунъи уже набрал воздуха, чтобы крикнуть снова, но вскрик Суй Тинтин заставил его осечься.
Девушка, дрожа всем телом, указывала в туман. Ян Сяо обернулся и замер: в тридцати метрах от них из серой хмари бесшумно выплывали десятки лодок. Они медленно смыкали кольцо, отрезая путь к бегству.
— О Небо… — даже Куан Хунъи, видевший немало, потерял дар речи. Лодки не были пустыми: в каждой неподвижно замерли бумажные фигуры.
Их были сотни. Мужчины и женщины с мертвенно–бледными лицами, с нарисованными, задранными к вискам бровями и ярко–алыми губами. В тумане казалось, что они попали в самое сердце загробного царства.
— Без паники! — Ян Сяо заставил себя соображать. Паника – кратчайший путь в могилу. Он сглотнул вязкую слюну. — Не дергайтесь. Эти… эти бумажные фигуры новые. И лодки новые. Это не те затонувшие обломки, что мы видели раньше.
Голос его дрожал, несмотря на попытку казаться спокойным. Куан Хунъи тоже взял себя в руки, и в его глазах вспыхнула ярость:
— Точно. Проклятый управляющий Лю нас снова обставил. Эти куклы и лодки готовили специально для нас.
Времени на раздумья не осталось. Лодки с бумажными фигурами начали медленно, но неумолимо сокращать дистанцию. Это медленное движение давило сильнее любого броска.
Живот Суй Тинтин снова начал вздуваться. Она застонала, на лбу выступила испарина. — Что–то не сходится! — Куан Хунъи глянул на громаду корабля «Бо Си». — А что, если нас обманули? Что, если Ши Дали и второй невестки вообще нет на этом корабле?
Ян Сяо мгновенно прокрутил в голове сцену на берегу. — Нас провели! Это был спектакль, который Лю и Ши Дали разыграли специально для нас!
Весь этот спор, принуждение Ши Дали подняться на борт – фальшь. Ши Дали даже не заходил на корабль!
А вторую невестку, скорее всего, унесли с палубы в ту же секунду, как они отчалили. Господин Фэн ни за что бы не пожертвовал своей последней кровью.
— Настоящее подношение сегодня – это мы!
Куан Хунъи всё понял:
— Утром! Когда господин Фэн вызывал Ши Дали к себе. Они совещались целую вечность. Именно тогда они и сговорились!
— Господину Фэн нужна живая невестка, а Ши Дали решил избавиться от нас чужими руками! — Куан Хунъи трясло от ярости. — Сволочь!
— Бум!
— Бум!
Третий удар барабанов. Звон гонга стал невыносимым. Суй Тинтин рухнула на дно лодки, корчась в судорогах.
Ян Сяо задрал край ее одежды: на животе девушки отчетливо проступило лицо младенца. Оно рвалось наружу, искажаясь в гримасах, а над водой разнесся тихий, полный ненависти детский смех.
— Братец Чу, ее уже не спасти! — Куан Хунъи вцепился в шест. — Бежим, пока есть шанс!
Кольцо бумажных фигур сжималось. Ян Сяо видел их застывшие лица сквозь туман. — Нельзя! — Отрезал он, глядя на Суй Тинтин. — Если мы ее бросим, этот плод выйдет наружу. И тогда нам всё равно конец.
Комментарии