Чжан Чжило и Лян Фэнъин не на шутку перепугались.
— Что с тобой?
— Ты в порядке? Может, простудился?
— Где болит? Нет, так дело не пойдет, надо в больницу.
…
Глядя, как родители в панике суетятся и собираются в больницу, Чжан Ло поспешно замахал руками.
— Не надо.
— Не надо?
— Просто от папы так несет рыбой, что меня аж замутило, — продолжал отмахиваться Чжан Ло. — Я в норме.
Чжан Чжило замер: — …
Он опустил голову и понюхал свою одежду, недоумевая:
— Чем несет? Никакого запаха нет.
С этими словами он шагнул к жене.
— Дорогая, понюхай, разве я…
Лян Фэнъин уже выставила руку вперед.
— Отойди от меня подальше!
Чжан Чжило: — …
— Пап, иди скорее в душ, я больше не могу, этот запах рыбы… бе-э… — Чжан Ло изобразил рвотный позыв.
Лян Фэнъин скомандовала:
— А ты прижми локоть поплотнее, не дай градуснику выскользнуть!
Чжан Ло повалился на диван и свободной рукой показал жест «ОК».
Хотя Чжан Чжило и твердил, что от него ничем не пахнет, под суровыми, не терпящими возражений взглядами жены и сына ему пришлось сдаться и пойти мыться.
— Держи ровно пятнадцать минут, потом покажешь, — бросила Лян Фэнъин.
Она поднялась, еще раз внимательно посмотрела на сына и, убедившись, что тот не побледнел, подхватила черный пластиковый пакет, принесенный мужем, и ушла на кухню.
Из ванной доносился шум воды.
На кухне мерно постукивал нож.
Слушая эти звуки, Чжан Ло вдруг ощутил небывалое…
Спокойствие.
То самое чистое, ничем не омраченное чувство, когда можно просто лежать на диване и ничего не делать.
…
Тридцатилетний Чжан Ло часто называл себя «вяленой рыбой» – человеком без амбиций.
Хотя окружающие считали его трудоголиком.
Он вечно задерживался на работе, вкалывал и был типичным представителем современного офисного планктона.
А называл он себя так потому, что иначе пришлось бы признать горькую правду…
Ты стараешься, ты прилежен, но лишь глубже впечатываешь в себя клеймо рабочего скота.
Твои сверстники: о гениях и говорить нечего; те, у кого есть связи, живут припеваючи; те, кто готов выжать себя досуха ради успеха, уже чего-то добились.
А ты… ты относишься к категории тех, кто «не дотянул до верха, но и вниз не упал».
Стартовал поздно, талантов не хватило, вперед не вырвался, а плестись в хвосте гордость не позволяет. И вот ты пыхтишь, как старый паровоз, сгорая изнутри и двигаясь по рельсам, беспомощно наблюдая, как тебя обгоняют. Твои ровесники переходят из века пара в век электричества и информации, а ты остаешься позади.
Но никто не хочет застрять в ушедшей эпохе.
Возвращаясь после работы в свою съемную конуру, тридцатилетний Чжан Ло ложился на диван, играл пару партий в приставку и чувствовал пустоту. Завтрашний день, лишенный надежды, неумолимо пожирал вечера, которые должны были служить для отдыха и восстановления сил.
«Вяленая рыба», которая не может просто плыть по течению, изматывает себя и снаружи, и изнутри.
…
Чжан Ло пришел в себя и уставился в потолок своей комнаты.
Лето пятнадцатилетия. Первый курс старшей школы.
Учеба только началась.
Учился он неплохо – поступил во Вторую городскую школу.
Она считалась одной из лучших в городе. Пусть она и уступала Школе №1, но ежегодно выпускала учеников, которые с легкостью поступали в престижные вузы.
Однако его результаты были недостаточно высокими, чтобы попасть в элитный класс.
Пятнадцать лет спустя элитные классы отменили. Говорили, что это сделано ради снижения нагрузки на учеников и равенства образования.
Но пятнадцать лет назад в каждой школе был такой класс – на него возлагали все надежды по штурму ведущих университетов страны.
Там были лучшие учителя и лучшие ресурсы. Например, квоты на льготное поступление или рекомендации для зачисления без экзаменов всегда доставались ученикам из элитных классов.
Чжан Ло когда-то чуть не получил рекомендацию на льготное поступление в университет Цзинпин – право сразу пройти во второй тур собеседования.
Но поскольку он не был учеником элитного класса, место в итоге отдали другому.
Тогда это стало для него тяжелым ударом. Обида жгла его долгое время, и в выпускном классе он даже начал опускать руки.
Нельзя с уверенностью сказать, что без того случая он сдал бы экзамены лучше. Но как бы всё обернулось на самом деле? Кто знает.
Чжан Ло внезапно вспомнил об этом. Теперь, когда его тридцатилетняя душа получила шанс снова оказаться на перекрестке дорог, он почувствовал трудносдерживаемое возбуждение.
Всё можно начать заново.
Если бы он сдал выпускные экзамены хотя бы на десять баллов лучше, он мог бы поступить в действительно элитный вуз, а не в обычный, пусть и неплохой университет Юймин. Возможно, его жизненный старт был бы иным. Возможно, эта «вяленая рыба» смогла бы хотя бы заплыть в чистый ручей?
…
— Сынок, ну как там твои новые одноклассники? — Чжан Чжило вышел из ванной. Из-за жары на нем были только просторные трусы, и он небрежно обтирался полотенцем.
— Нормально. Мы еще толком не общались, так что не знаю, — Чжан Ло сел прямо и принялся разглядывать отца. В груди снова поднялась волна нежности, но, взяв себя в руки, он понял, что должен вести себя как ни в чем не бывало. — Пап, у тебя в последнее время желудок не побаливает?
Хотя он знал, что отец умрет от рака только в его двадцать четыре года, и сейчас проблем, скорее всего, еще нет, Чжан Ло не удержался от вопроса.
— Нет, — ответил Чжан Чжило. — С чего ты спрашиваешь? Сам приболел?
— Да нет, просто один одноклассник рассказывал, что у него отец умер от рака желудка. Он никогда не обследовался, вот и не нашли вовремя, — сказал Чжан Ло. — Так что ты следи за собой. Не вздумай помереть раньше срока, нам с мамой еще на твоей шее сидеть.
Чжан Чжило возмутился:
— Тьфу-тьфу-тьфу! Ты что это, уже меня в могилу провожаешь!
Из кухни вышла Лян Фэнъин.
— Он сегодня весь какой-то странный. Наговорил кучу чепухи, да еще руками махал, как припадочный, — она перевела взгляд на сына. — Доставай градусник, посмотрим. Если температура – в больницу поедем.
Чжан Ло подумал, что это дельное предложение. Если пойти в больницу сейчас, то любые проблемы с отцовским желудком можно будет обнаружить заранее.
— Ладно, пойдем в больницу, проверимся, — сказал он, вынимая термометр.
Тридцать шесть и восемь.
Абсолютно нормальная цифра.
Лян Фэнъин внимательно посмотрела на шкалу и с облегчением вздохнула.
— Я предупрежу твою тетю, завтра сходим к ней в больницу на обследование.
— Не только меня, давайте все вместе проверимся, — предложил Чжан Ло.
Лян Фэнъин фыркнула:
— Ты думаешь, обследование бесплатное?
— Лучше потратить немного сейчас. А вдруг что найдут? Раннее обнаружение – залог успешного лечения.
В этом вопросе Чжан Ло был искренен как никогда. Особенно помня о том, как отец, никогда не ходивший по врачам, узнал о болезни, когда стадия была уже терминальной.
…
Нужно обследоваться регулярно.
У меня в университете была младшая сокурсница. Как-то в ноябре мы обедали вместе, и она пожаловалась, что плохо себя чувствует – боли по ночам не дают спать. Но она жила одна, родителям говорить не хотела, терпела, думала – ерунда. Мы тогда тоже решили, что это просто недомогание, поболит и пройдет. Советовали провериться, но никто не думал о худшем. А через пару месяцев пришла новость: у нее рак груди. Мы всем миром собирали деньги на лечение. Но вскоре она умерла. Обнаружили слишком поздно.
Эта история потрясла меня до глубины души. Именно после нее я завел правило: каждый год проходить полное обследование. Такие вещи по-настоящему осознаешь только тогда, когда беда случается с кем-то близким.
Комментарии