Глава 44: «Таланты третьего поколения.»
— Дэчжао… Благородный муж чтит добродетель, и дела его ясны как день.
— Чжао-эр… Хорошее имя.
Сюй Чуань довольно рассмеялся и, взяв Сюй Дэчжао на руки, принялся забавлять его ласковым воркованием.
Сюй Минъюань и остальные тоже по очереди подержали младенца.
Рождение Сюй Дэчжао означало, что они теперь больше не самые младшие в доме; теперь они сами стали старшими.
Перемена статуса неизбежно влекла за собой и перемену в мыслях.
В тот же вечер Сюй Чуань вновь одарил слуг, домашних работников и стражу, выдав им жалованье за полмесяца сверх срока.
Пусть каждый разделит общую радость.
Ночью.
Звезды скрылись за черными тучами, и вскоре по крышам застучал мелкий дождь.
— Муженек, Шитоу уже женился и обзавелся сыном. Не пора ли нам подумать и об А-Юане?
Бай Цзин прильнула к груди Сюй Чуаня и внезапно подняла голову, заглядывая ему в глаза.
— Я уже говорил ему об этом.
— Вот именно. Прошло несколько месяцев, а сдвигов никаких.
Голос Бай Цзин звучал с легкой обидой, она продолжила:
— Разве ты не говорил, что семьи У, Фан, Ван, Хэ и Цао замышляют что-то против нас?
— Я навела справки. В семье У есть девица на выданье, вторая дочь от третьей ветви главной линии. Говорят, она не только красавица, но и сведуща в боевых искусствах.
— Если наши семьи породнятся, мы и А-Юаня пристроим, и положение Сюев в уезде укрепим. Что скажешь?
— Я знаю, что ты желаешь А-Юаню добра, но я все же надеюсь, что он найдет ту, которая будет ему по сердцу.
Бай Цзин тут же надулась:
— И в этом твоя вина! Ты требуешь от них хранить чистоту. Они – наследники великого рода, а у них даже завалящей наложницы нет. Иначе я бы уже давно нянчила кучу внуков!
— К тому же ты взвалил на плечи мальчика такие дела, заставляешь его и за хозяйством следить, и в боевых искусствах упражняться. Откуда у него время невест искать?
Сюй Чуань лишь горько усмехнулся и, обняв ее, принялся утешать:
— Ладно, ладно, все кругом моя вина. Пусть будет по-твоему, сама и поговори с ним.
— Спасибо, муженек! — Услышав согласие, Бай Цзин мгновенно переменилась в лице. — Позволь мне сегодня… помочь тебе?
— Я предпочитаю брать инициативу в свои руки.
С этими словами он перевернул ее на спину, и комнату наполнили звуки страсти.
Когда Бай Цзин крепко уснула, Сюй Чуань вызвал семейное древо.
Третья страница уже полностью сформировалась, но пока оставалась пустой. Информация о Сюй Дэчжао появится там лишь после того, как его кровь коснется фолианта.
Впрочем, даже не видя записей, Сюй Чуань мог ощутить родившиеся таланты.
Всего их было семь: «Шэнь-нун и Сотня Трав», «Золотой Карп Кои», «Девять Дворцов Дао», «Ясное Сердце Меча», «Печь Крови и Ци», «Погоня за молнией на быстром ветру» и «Проникновение в Тайное».
— «Печь Крови и Ци» лучше всего подходит для боевого пути, а «Погоня за молнией» незаменима для техник перемещения – скорость возрастает многократно.
— «Проникновение в Тайное» позволяет видеть людей насквозь и зрить в корень вещей. Этим даром нельзя разбрасываться.
— «Ясное Сердце Меча»… мечу все равно, боевой это путь или бессмертный, дар полезен везде. Но те, кто одержим мечом, редко бывают хорошими главами семей.
— «Шэнь-нун и Сотня Трав»… Обладатель такой судьбы искусен в выращивании духовных растений, понимает природу трав и может даже стать алхимиком. Это весьма созвучно со мной.
Сюй Чуань с детства посвятил себя сельскому труду и благодаря «Вознаграждению за Трудолюбие» стал великим знатоком агрономии. Ему тоже была близка работа с землей.
Если добавить к этому талант «Шэнь-нуна», это было бы подобно выросшим у тигра крыльям.
Познание свойств трав позволит создавать уникальные рецепты лечебного питания для воинов, что станет фундаментом мощи клана. А когда он встанет на бессмертный путь, то сможет сам варить пилюли.
— «Золотой Карп Кои» – аура чистой удачи… Что ж, оставлю ее детям и внукам.
Сюй Чуань усмехнулся, поймав себя на излишней жадности.
— «Девять Дворцов Дао» хорош для расчета формаций. Одна великая формация может стать защитой клана на века. Жаль, для нынешней семьи Сюй это пока рановато.
…
На следующее утро Бай Цзин пришла во двор Сюй Минъюаня. Тот уже был на ногах и упражнялся.
Слуга стоял поодаль с полотенцем, а служанка держала поднос с чаем, дожидаясь, пока молодой господин закончит разминку.
— Госпожа.
Слуги, завидев Бай Цзин, почтительно склонились.
Услышав их голоса, Сюй Минъюань прервал занятие и обернулся с улыбкой:
— Матушка? Что вы здесь делаете в такую рань? А где отец?
— Тоже тренируется. Вот уж не знаю, во что он превратил нашу семью – все ни свет ни заря вскакивают и машут кулаками.
Бай Цзин лишь со вздохом покачала голвой.
— Матушка, отец подает пример, а мы лишь следуем ему. Неужто вы хотите, чтобы мы превратились в тех никчемных столичных щеголей?
— Вовсе нет, я просто ворчу. Я пришла поговорить с тобой по делу.
— Слушаю вас.
— Я присмотрела тебе невесту – вторую дочь из третьей ветви семьи У. Через пару дней я приглашу госпожу У с дочерью к нам в гости. Посмотришь на нее.
— Мне? Смотрины с девицей из рода У? — Сюй Минъюань горько усмехнулся. — Матушка, вы же знаете, в каких отношениях мы сейчас с ними.
— Потому и предлагаю. Если мы породнимся, это сгладит острые углы. Заодно и твои холостяцкие годы закончатся.
— А отец в курсе? Он обещал, что я сам выберу себе жену.
Сюй Минъюань попытался спрятаться за авторитет отца, надеясь избежать этой участи.
— Так я и знала, — Бай Цзин победно улыбнулась. — Вчера вечером я уже получила согласие твоего отца.
— Но…
— Никаких «но». Дело решенное, я сообщу, когда они приедут.
Бай Цзин жестом велела ему замолчать. Она знала, что ее второй сын – мастер слова и может убедить кого угодно в чем угодно, так что лучше было не давать ему и рта раскрыть.
Она решительно покинула двор.
Сюй Минъюань в смятении бросил тренировку. Вытерев пот и наскоро выпив чаю, он бросился к Сюй Чуаню.
Тот в это время практиковал «Созидание Пяти Стихий».
В часы тигра и кролика он пил лазурную дымку востока, в часы змеи и лошади – киноварь юга, в часы обезьяны и петуха впитывал белую росу запада, в часы свиньи и крысы – холод северного льда, а в часы дракона, собаки, быка и овцы хранил покой в центре.
Таково было искусство сбора ци.
Впитывать пять стихий, восполнять изъяны духовного корня и совершенствовать врожденное начало.
Сюда же входила внутренняя медитация и единение с внешним миром.
Весна, лето, осень и зима – круглый год без отдыха.
— Отец.
Сюй Минъюань предстал перед отцом и отвесил низкий поклон. Сюй Чуань не шелохнулся и не открыл глаз, лишь сухо бросил:
— В чем дело?
— Отец, вы мудры, зачем спрашивать то, что и так знаете?
В его голосе слышалось явное раздражение.
Сюй Чуань, не принимая это близко к сердцу, усмехнулся:
— Встреться с ней, вреда не будет. Кто виноват, что ты сам не шевелишься?
— Любовь не приходит по заказу. Для этого нужна судьба.
— Ну вот она, судьба, и пришла.
— Твой брат с женой с первого взгляда полюбили друг друга. Ты тоже так хочешь?
— Я…
Сюй Минъюань открыл рот, но не нашелся с ответом.
Любовь с первого взгляда – это прекрасно, но если ждать ее, он и в сорок лет может остаться один. Ведь он вечно занят делами семьи, а видит в основном других купцов да глав родов – одних бородатых мужиков. Какая уж тут любовь с первого взгляда?
— В твоем случае остается только подбирать ровню и смотреть, — наставительно произнес Сюй Чуань. — А чувства могут прийти и после свадьбы.
— У нас с твоей матерью было именно так.
Тут уж Сюй Минъюаню совсем нечего было возразить.
Спустя мгновение он тяжело вздохнул:
— Хорошо, я встречусь с ней. Но при одном условии: последнее слово остается за мной.
— Разумеется.
— Благодарю, отец.
Добившись своего, Сюй Минъюань отправился к старшему брату и поведал ему о случившемся.
Сюй Минвэй расхохотался:
— Матушка просто заботится о тебе.
— Род У – не самый плохой выбор.
— Раз даже ты так говоришь, значит, мне и впрямь не отвертеться, — Сюй Минъюань развел руками, покоряясь неизбежному.
Комментарии