— Приказ «Мамонту» и «Лютоволку»: держаться! Сохранять строй и сковать врага с фронта! — Скомандовала Изабелла.
— Флоту «Железный занавес» – всем подразделениям: оставить оборонительное построение! Перестроиться в ударный порядок, двигатели на полную мощность, полный вперед!
— Цель – фланг основных сил врага прямо перед нами!
— Мы воспользуемся тем, что они разделились и лишились главного калибра, чтобы одним ударом разгромить этот огрызок флота Плутона!
— А потом отправимся к Лангкави, чтобы разобраться с их остатками и теми двумя одинокими «игрушками»!
Она уже видела перед собой траекторию победы.
Стратегия разделения сил, выбранная Цинь Бэйваном, казалась ей теперь фатальной ошибкой.
Огромный флот «Железный занавес», подобно стене щитов, наконец оскалившей клыки, начал стремительно ускоряться.
С намерением сокрушить всё на своем пути, он бросился на основные силы Плутона, только что вышедшие из тени планеты.
Приказы Изабеллы Марлоу еще эхом отдавались в зашифрованных каналах, даже не успев дойти до каждого корабля «Мамонта» и «Лютоволка», а волна разрушения уже захлестнула их.
Реакция флота Плутона была невообразимо быстрой.
Более двадцати основных кораблей Плутона почти одновременно завершили наведение на тяжело раненный и потерявший строй подфлот «Мамонт».
Их цель была едина.
Тот самый линкор «Мамонт», что еще отчаянно боролся за жизнь, извергая пламя и густой дым из пробитого борта.
Залп лучей и ракет еще не успел достичь цели, как заговорили пять линкоров класса «Цзян» (T4), стоявшие в авангарде строя.
Их фирменные четырехствольные установки плазменных ускорителей издали рык, сотрясший пустоту!
Двенадцать сгустков высокоплотной плазмы размером с дом, удерживаемых мощными магнитными полями, сорвались с направляющих.
Оставляя за собой ослепительные и смертоносные хвосты, они, подобно двенадцати пылающим кометам, прорезали тьму и почти одновременно обрушились на «Мамонт»!
Первый сгусток угодил точно в край и без того изуродованного правого борта. Сверхвысокая температура мгновенно испарила и без того оплавленную броню, расширяя рану.
Второй и третий сгустки один за другим врезались в соседние бронепояса. Толстая композитная броня под воздействием чудовищного жара в течение нескольких секунд плавилась и распадалась, словно снег на солнце, обнажая хрупкие внутренние структуры.
Остальные плазменные заряды с ювелирной точностью поразили мостик линкора, внешние стенки главного энергетического отсека и основания еще работающих маршевых двигателей!
Остатки щитов «Мамонта» не продержались и секунды, окончательно исчезнув под предсмертный вопль перегрузки.
Следом началось полное обрушение брони и силового набора.
В зонах прямого попадания плазмы металл уже не плавился – он сублимировался, превращаясь в яростно расширяющийся газ. Конструкция корабля под воздействием экстремального жара скручивалась, размягчалась и лопалась.
Внутренние отсеки оказались открыты вакууму; люди, оборудование, кабели – всё мгновенно испарялось или выбрасывалось наружу.
Непрерывные взрывы доносились из самых глубин корпуса. Каждая детонация заставляла гигантский корабль содрогаться, а из проломов вырывались многокилометровые струи пламени и ливень из обломков.
В конце концов, в ослепительной вспышке детонации боекомплекта, озарившей добрую половину поля боя, огромный корпус «Мамонта» разломился пополам!
Передняя часть с горящим мостиком, кувыркаясь, улетела в глубокий космос, а кормовая с двигателями превратилась в расширяющийся огненный шар неконтролируемого выброса энергии.
Флагман имперского подфлота «Мамонт» вместе со всей своей так и не реализованной мощью трагически превратился в дорогостоящие обломки под слаженным ударом пяти линкоров того же класса.
Почти в то же время началась другая резня.
Полтора десятка скоростных крейсеров Федерации класса «Шквал», словно почуявшие кровь акулы, выбросили из дюз ослепительный синий свет и с невероятным ускорением сорвались с позиций флота Плутона, устремляясь ко второму подфлоту – «Лютоволку», который как раз пытался перестроиться.
Крейсеры «Шквал» не славились мощной броней, но обладали лучшей скоростью в своем классе и устрашающими батареями рельсотронов.
Сблизившись на дистанцию удара, эти быстрые корабли показали свою «волчью» натуру.
Они гибко маневрировали, уклоняясь от поспешного огня «Лютоволков», а их носовые и бортовые многоствольные рельсотроны открыли ритмичный огонь!
— Дум-дум-дум-дум! — Плотный, ритмичный стук выстрелов наполнил каналы связи.
Каждый сверхскоростной снаряд нес в себе чудовищную кинетическую энергию. Они с легкостью дырявили сравнительно тонкие щиты и броню эсминцев, оставляя сквозные отверстия или вызывая детонацию внутренних систем.
Несколько эсминцев на внешнем периметре «Лютоволков» были изрешечены при первом же контакте и беззвучно распались на части.
Крейсеры, попытавшиеся прикрыть их, под слаженным перекрестным огнем «Шквалов» также лишались щитов и, истекая пламенем, превращались в груды горящего лома.
Флагман «Лютоволков», линкор «Серый волк», был известен своей агрессивной тактикой штурма.
Видя, как истребляют его подчиненных, капитан линкора пришел в ярость.
— Зарядить главный калибр! Цель – те «Шквалы» в авангарде! Стереть их в порошок! — Взревел он.
Массивные башни «Серого волка» начали разворот, в жерлах орудий начал скапливаться опасный свет.
Однако в тот самый миг, когда система наведения уже была готова зафиксировать цель…
Знакомый, мертвенно-белый луч тяжелых частиц, способный, казалось, прошивать звезды, вновь прилетел из глубокого тыла флота Плутона!
«Куньлунь-Модифицированный», флагман Цинь Бэйвана, ни на секунду не покидал основного поля боя.
Он замер на безопасном расстоянии, словно хладнокровный снайпер, используя свой ужасающий калибр, чтобы ставить одну смертельную точку за другой в этой засаде.
Луч филигранно поразил основание башни главного калибра «Серого волка» прямо в момент зарядки!
Никакого взрыва – лишь абсолютное проникновение и аннигиляция.
Поток частиц прошел сквозь броню как раскаленный нож сквозь масло, ворвался внутрь, прошил энергетические магистрали и достиг активной зоны реактора!
Корпус «Серого волка» на миг замер, все внешние огни и сияние двигателей мгновенно погасли.
А следом изнутри вырвался неописуемо яркий свет.
Линкор раздулся и деформировался, как перекачанный мяч, а затем окончательно исчез в супервзрыве, масштаб которого превзошел гибель «Мамонта».
Осталось лишь медленно расширяющееся облако металлической крошки, пропитанное жесткой радиацией.
Когда флот «Железный занавес» Изабеллы Марлоу на максимальной скорости ворвался в зону боевых действий, перед ними предстала картина истинного ада:
Флагман «Мамонта» разломлен пополам, его обломки всё еще содрогаются от взрывов.
От флагмана «Лютоволков» не осталось и следа – только радиоактивный туман.
Комментарии