После полудня в библиотеке было непривычно людно. Ци Хао пришлось изрядно постараться, чтобы отыскать свободный уголок в читальном зале естественных наук на третьем этаже.
Место оказалось отличным: мягкий естественный свет из окна, полное отсутствие раздражающего стука клавиш и криков соседей по общежитию. Идеальные условия для работы.
Он достал из рюкзака тяжелый сборник Демидовича, аккуратную стопку чистой бумаги формата А4 и пару новых ручек, разложив всё это на столе.
— Начнем без лишней спешки. Для разминки осилим штук двадцать, — пробормотал он под нос и мысленно обратился к системе.
[Навык «Обратный анализ: Задачи» активирован!]
[Оставшееся время действия: 47 часов 59 минут 59 секунд.]
[Задание «Переплавка фундамента» запущено!]
[Оставшееся время: 47 часов 59 минут 59 секунд.]
[Примечание: отсчет времени происходит только в моменты непосредственного решения задач. Приостановка работы автоматически останавливает таймер. Действуйте, товарищ! Раздавите эти научные барьеры напором своего интеллекта!]
Такая система подсчета времени не могла не радовать. При должной концентрации этих сорока восьми часов чистого времени должно было хватить с лихвой.
Ци Хао привычно крутанул ручку между пальцев и впился взглядом в первую задачу.
Найти предел: lim_{x→0} [√(1+tg x) – √(1+sin x)] / x³
Раньше при виде подобного нагромождения корней и тригонометрических функций у него бы опустились руки, и он сразу побежал бы использовать правило Лопиталя.
Ведь для любого студента Лопиталь – это спасательный круг на все времена. Не знаешь, что делать, – просто дифференцируй!
Но сейчас внутреннее чутье подсказывало ему совершенно иной путь: здесь идеально подойдет формула Тейлора.
Ци Хао решительно прижал ручку к бумаге.
Сначала избавиться от громоздких корней путем рационализации числителя, а затем разложить функции тангенса и синуса по формуле Маклорена до третьего порядка.
В знаменателе же при стремлении переменной к нулю выражение в скобках изящно превращалось в двойку.
Быстрый росчерк пера – и на бумаге заиграл готовый ответ.
Ровно 1/4.
Стоило ему поставить финальную точку, как вся цепочка рассуждений мгновенно выстроилась в его сознании в безупречную логическую схему.
[Поздравляем с успешным решением задачи! Происходит реструктуризация математической логики…]
В голове Ци Хао словно пробежал легкий электрический разряд. Те сложные понятия, которые раньше казались ему кашей – вроде остаточного члена формулы Тейлора или выбора порядка при замене бесконечно малых, – вдруг сами собой разложились по полочкам.
Хаотичные обрывки знаний выстроились в четкую, понятную и монолитную структуру.
Ему даже показалось, что дай ему сейчас десяток подобных примеров на пределы – он решит их на автомате, опираясь исключительно на мышечную память!
Такое глубокое понимание сути предмета приносило гораздо больше удовольствия, чем глоток ледяной газировки в изнуряющую летнюю жару.
Успех действительно кружил голову.
— Ух… А это чертовски приятно, — прошептал Ци Хао.
Он посмотрел на лежащий перед ним тяжелый задачник совершенно другими глазами.
Эта книга, от одного вида которой раньше бросало в дрожь, теперь казалась ему неиссякаемым источником ценного опыта.
Каждая задача виделась монстром из видеоигры, за победу над которым полагалась щедрая награда, а сам он превратился в умелого воина, вооруженного формулой Тейлора и готового крушить всё на своем пути.
— Следующая, — уверенно произнес он, переворачивая страницу.
Вторым номером шло вычисление частных производных для сложной функции нескольких переменных.
В прежние времена он бы долго рисовал вспомогательные схемы на черновике, пытаясь распутать взаимосвязи аргументов. Теперь же обновленное математическое мышление само подсказало кратчайший путь к ответу.
Ручка скользила по бумаге легко и уверенно.
Третья задача, четвертая, пятая…
Чистые листы черновика стремительно заполнялись аккуратными строчками вычислений и отправлялись в сторону один за другим.
Коварные тригонометрические сплетения при таком темпе работы постепенно начинали казаться даже симпатичными.
Записав последнее упрощенное выражение, Ци Хао с облегчением выдохнул и мысленно остановил системный таймер.
Первые двадцать задач из Демидовича были повержены. За окном уже давно стемнело.
Чувствуя приятную усталость во всем теле, парень вышел из здания библиотеки. Прохладный вечерний воздух мгновенно взбодрил его. Достав телефон, он обнаружил пару пропущенных сообщений от Ван Цзюня.
«Отец родной, захвати на обратном пути лепешку!»
«Умираю с голоду, спасай!»
Стрелки часов приближались к восьми вечера.
Ци Хао заглянул в студенческую столовую, взял пару мясных лепешек с говядиной для соседа и порцию риса с ребрышками для себя, после чего не спеша направился к общежитию.
Стоило ему открыть дверь комнаты, как до него донеслись яростные щелчки мыши и громкий голос Ван Цзюня:
— Лесник, ну где тебя носит?! Помогай!
Заглянув внутрь, Ци Хао застал соседа увлеченно играющим. Тот сидел в наушниках, а изо рта у него свисал приличный кусок какой-то масляной булки.
— Так ты же уже вовсю уплетаешь что-то? — Ци Хао шутливо потряс пакетом. — Мне твои лепешки убрать на завтра, или всё же осилишь?
Ван Цзюнь даже не повернул головы, продолжая напряженно всматриваться в экран:
— Неси сюда! Конечно осилю! Это Чэнь Юань вернулся и поделился куском слоеного пирога. Но он же у нас парень простой – принес всего один кусочек, разве этим наешься?
Когда раунд подошел к концу, Ван Цзюнь наконец развернулся, выхватил пакет и довольно промычал:
— Я тебе днем строчил-строчил – глухо. Думал, ты на свидание укатил. Неужели реально весь день в читалке просидел?
Ци Хао придвинул стул, поставил коробку с ужином на стол и устало опустился на сиденье:
— Ага, там и был. Даже всё закончить не успел.
Для первокурсника отсидеть четыре часа без перерыва над учебниками в пятницу вечером – качество редкое и заслуживающее уважения.
Чэнь Юань, сидевший неподалеку со своей книгой, тоже с любопытством покосился на Ци Хао.
— Ну ты даешь. Четыре часа подряд решать задачи? Тоска же смертная! — Ван Цзюнь откусил приличный кусок лепешки, всем своим видом выражая искреннее недоумение.
«А ведь мне действительно ни на секунду не стало скучно», – подумал Ци Хао.
Для абсолютного большинства студентов изучение математики всегда было и остается унылой повинностью.
Но сегодня Ци Хао испытал нечто совершенно иное.
Ни одна победа в видеоигре по уровню дофамина не могла сравниться с этим упоительным чувством контроля над сложнейшими законами логики.
Слушая ворчание соседа, Ци Хао лишь довольно улыбнулся и принялся за ужин.
«Вам, простым смертным без системы, этого просто не понять, – подумал он. – …На самом деле математика – это чистый кайф!»
Комментарии