Ци Хао взглянул на экран телефона и, поняв, что уже поздно, решил вернуться в общежитие.
В конце концов, работа Конорода хранилась в системе, и он мог изучать ее хоть лежа в кровати.
В комнате Чэнь Юань сосредоточенно всматривался в экран ноутбука.
Напротив него Ли Хуэй, судя по всему, только что вернувшийся со свидания с девушкой, полулежал на кровати и листал ленту новостей на смартфоне.
— Ого, — Ли Хуэй приподнялся и протянул с наигранным удивлением:
— Хао-гэ, ты опять только из библиотеки?
— Мне Ван Цзюнь говорил, что ты последние дни из библиотеки не вылезаешь, уходишь ни свет ни заря, возвращаешься ночью. Ты чего, решил вернуться во времена подготовки к выпускным экзаменам? — Ли Хуэй отбросил телефон на подушку и закинул руки за голову.
Ци Хао бросил на него короткий взгляд:
— Ну и что с того?
— Да я тебе так скажу: образ книжного червя в университете уже давно не в моде.
Ли Хуэй спустил ноги с кровати и покачал ими в воздухе.
— Знаешь, как живут студенты в Америке? У них это называется гармоничным развитием! На парах не напрягаются, после занятий развлекаются вовсю, по выходным тусовки, на каникулах летают погреться на солнышке. И учатся, и отдыхают – качество жизни просто на высоте!
С этими словами он достал телефон, нашел какое-то видео и продемонстрировал экран: солнечный кампус американского вуза, зеленый газон, студенты с гитарами – все так и дышало легкостью и свободой.
— Ты только посмотри на них, а теперь на нас, — Ли Хуэй сочувственно покачал головой. — Пропадаешь сутками в библиотеке, живешь как монах-отшельник. Какой в этом смысл? Юность ведь одна.
— Мой тебе совет – не загоняй себя так. Давай с нами на этих выходных? Я собираю компанию в новый бар в центре города, там будет полно классных девчонок. Пойдем, развеешься хоть, надо же жизнь чувствовать!
Прежде чем Ци Хао успел возразить, подал голос Чэнь Юань:
— В Америке все далеко не так радужно, как ты расписываешь.
Ли Хуэю явно не понравилось, что его слова подвергли сомнению:
— Чэнь Юань, ты-то откуда знаешь? Ты хоть раз бывал в Штатах?
— И почему там не так здорово? Это же оплот мировой цивилизации! Самые престижные университеты, передовая наука, полная свобода самовыражения – все там! Скажи еще, что лучшие умы мира не стремятся в Америку. С чего бы им туда ехать, если бы там было плохо?
Чэнь Юань приоткрыл рот, собираясь ответить, но Ци Хао перехватил инициативу.
Он слишком хорошо знал этих двоих: если Чэнь Юань сейчас приведет хоть один весомый аргумент, Ли Хуэй будет ворчать до самой ночи.
— Ладно вам, в словах Хуэй-гэ тоже есть доля правды.
— Побывать за границей – отличный опыт. Посмотреть на другую систему образования, поработать в иной научной среде, расширить кругозор. Вернувшись, на многие вещи смотришь совсем иначе.
Ли Хуэй высокомерно хмыкнул:
— Ты рассуждаешь так только потому, что сам там не был.
— Тот, кто уехал в Америку, возвращаться уже не захочет.
При этих словах в глазах Ли Хуэя промелькнула снисходительная жалость, словно Ци Хао был лягушкой на дне колодца, никогда не видевшей бескрайнего океана.
«Понятно, парень спит и видит, как бы эмигрировать».
Ци Хао усмехнулся и подыграл ему:
— Раз так, подскажи мне верный путь, как туда попасть? Я бы тоже не отказался расширить кругозор.
— Ну… — Ли Хуэй замялся. — Понимаешь, уехать в Штаты – дело непростое. Нужно собрать кучу документов, сдать TOEFL, GRE, получить рекомендательные письма… Процесс долгий и сложный, так сразу и не расскажешь…
От его былой уверенности не осталось и следа.
Ци Хао внутренне улыбнулся и не стал развивать тему.
Он прекрасно знал таких людей.
На словах они превозносят заграницу до небес, но за этим скрывается лишь дешевое желание казаться лучше других. Демонстрируя свою осведомленность о жизни в США, они пытаются создать иллюзию собственной исключительности.
Но стоит попросить у них реальной помощи или конкретного совета – они тут же пасуют.
Словно этих путевок в красивую жизнь всего несколько штук, и если поделиться секретом, им самим ничего не достанется.
Свободное образование?
Если бы американская элита действительно верила в эту концепцию, ракеты NASA строились бы на вечеринках?
Он помнил, как после Второй мировой войны США провели операцию «Скрепка», вывезя из побежденной Германии тысячи ученых, инженеров и технических специалистов.
Вернер фон Браун и его команда были доставлены в Штаты, где впоследствии фактически создали лунную программу «Аполлон».
А после распада Советского Союза в Америку хлынул поток первоклассных математиков, физиков и материаловедов.
Эти люди приходили в американские лаборатории и исследовательские группы, принося с собой не только знания, но и жесткую академическую дисциплину и привычку работать на износ.
Разве стал бы профессор советской закалки терпеть аспиранта, который приходит в лабораторию к десяти утра, а в три дня уже уходит кататься на серфинге?
Конечно нет.
Со временем эта суровая академическая культура пустила глубокие корни в американской науке.
Да что там Америка – под влиянием советской школы отечественные ученые в высокотехнологичных областях работают с такой самоотдачей, которой позавидовали бы и советские предшественники.
Свободный и ненавязчивый подход к учебе действительно существует, но создан он исключительно для широких масс.
Элита же, научный мир и те, кто реально находится на вершине социальной пирамиды, никогда не играли по этим правилам.
Красивая сказка о легкой учебе – это лишь инструмент мягкого социального отсева.
Хочешь жить без забот – живи. Но ключевые места в обществе все равно займут те, кто привык пахать.
Означает ли это, что отличники – бездушные роботы, лишенные простых человеческих радостей?
Разумеется, нет.
Устав от сложных формул, они тоже ищут способ разгрузить голову.
Например, учат иностранные языки, чтобы дать мозгу передышку.
Откуда Ци Хао это знал?
Потому что он сам был точно таким же!
И прямо сейчас он собирался открыть в системе статью на русском языке, чтобы немного расслабиться.
Развлечения отличников порой выглядят именно так – просто и без излишеств.
Ли Хуэю этого никогда не понять.
Едва Ци Хао закончил раскладывать вещи на столе, как дверь в комнату с шумом распахнулась.
— Да быть не может! Если у меня не вышло, это еще не значит, что мои парни из комнаты не справятся!
В комнату, подталкиваемый Ван Цзюнем, нехотя вошел Чжоу Пин из соседнего крыла.
— Заходи-заходи, вытаскивай свою задачу! Пусть наши ребята покажут класс!
Чжоу Пин растерянно сжимал в руках задачник по высшей математике:
— Да ладно тебе, Цзюнь, забудь. Задача действительно зубодробительная.
— Меньше слов! Старый Чэнь, глянь-ка сюда! — Ван Цзюнь выхватил книгу из рук Чжоу Пина и подошел к столу Чэнь Юаня.
Как оказалось, Ван Цзюнь заглянул в соседнюю комнату и застал Чжоу Пина за решением сложнейшей задачи по математическому анализу. Ван Цзюнь, привыкший раздавать советы в компьютерных играх, тут же влез со своими подсказками. В итоге он не только не помог, но и стал объектом насмешек со стороны соседей за излишнюю самоуверенность.
Терпеть такое поражение Ван Цзюнь не собирался. Заявив, что за ним стоит мощная интеллектуальная поддержка, он притащил Чжоу Пина к себе в комнату.
Чэнь Юань взял задачник. На странице красовалось заковыристое доказательство предела последовательности.
В комнате воцарилась тишина. Ван Цзюнь с замиранием сердца ждал, когда Чэнь Юань с легкостью расправится с примером.
Спустя полминуты Чэнь Юань поднял голову:
— Здесь используется крайне редкий метод оценки. Я с таким типом задач раньше не сталкивался, с ходу решение не предложу.
— Как так? — Ван Цзюнь растерянно захлопал глазами, не ожидая, что даже Чэнь Юань зайдет в тупик.
Чжоу Пин, напротив, ничуть не удивился:
— Я же говорил. Тема явно выходит за рамки нашей программы. Чэнь Юань у нас один из лучших по математике, и если уж у него нет идей, придется завтра идти на кафедру к преподавателю.
Чэнь Юань проигнорировал его слова, протянул руку с книгой к соседнему столу и спросил:
— Ци Хао, ты ведь сейчас штудируешь Демидовича. Тебе не попадалось ничего похожего?
Комментарии