Фан Цзясюэ кивнула, словно отбросив последние сомнения. Они стояли в коридоре, и на какое-то время повисла неловкая тишина.
Ци Хао не слишком умел поддерживать беседу с девушками и уже собирался под благовидным предлогом уйти, но Фан Цзясюэ заговорила первой.
— На самом деле Цзяцзэ раньше был совсем другим, — судя по всему, разница в возрасте между ней и Ци Хао была невелика, поэтому она решила открыться. — В начальной школе он учился неплохо, звёзд с неба не хватал, но хотя бы не плелся в самом конце. А потом… в семье случились кое-какие перемены, отец с головой ушёл в работу и практически перестал нами заниматься.
Ци Хао понял, к чему она клонит, но расспрашивать не стал, лишь молча слушал.
— Отец постоянно занят, за весь год дома бывает от силы считаные дни, — продолжала Фан Цзясюэ. — Он либо в компании, либо в командировках, порой даже на Новый год не приезжает.
— И тебе приходится одной справляться с Цзяцзэ? — Спросил Ци Хао.
— Ну, нам помогает помощница по хозяйству, но воспитание… — Фан Цзясюэ горько улыбнулась. — Няня ведь не может быть строгой, так что всё ложится на меня. Но я ведь и сама учусь, времени и сил порой просто не хватает.
Ци Хао понимающе кивнул, проникшись к ней сочувствием.
Каково это – будучи студенткой, тащить на себе собственную учёбу и одновременно заменять родителя бунтующему младшему брату? Действительно, задача не из легких.
— А ваша мама?
— …Ушла.
— Прости, мне не следовало спрашивать, — тут же извинился Ци Хао.
Фан Цзясюэ покачала головой:
— Всё в порядке, прошло уже несколько лет. Отец с тех пор полностью зарылся в работу. Наверное, думает, что если будет постоянно занят, то сможет ни о чём не вспоминать.
Ци Хао промолчал.
Хоть он и учился всего лишь на первом курсе, но суровая школа жизни научила его понимать взрослых, которые пытаются заглушить внутреннюю боль бесконечной работой.
Кто-то пьет, кто-то уходит в компьютерные игры, а кто-то превращает себя в безостановочно работающий механизм. Способы разные, но суть одна – побег от страданий.
Атмосфера становилась слишком гнетущей, и Ци Хао решил сменить тему.
— Чем же занимается дядя Фан, раз у него совсем нет свободного времени?
Фан Цзясюэ быстро взяла себя в руки, и когда речь зашла о работе отца, её тон стал обычным:
— Он занимается количественным инвестированием. Я в этом особо не разбираюсь, но если в двух словах, они используют математические модели и компьютерные программы для совершения финансовых сделок.
Количественное инвестирование – это, проще говоря, торговля на бирже.
Вот только в количественном инвестировании люди полагаются на строгие математические модели, данные и алгоритмы, в отличие от рядовых трейдеров, которые торгуют наобум, опираясь лишь на интуицию и личный опыт.
В тогдашнем Китае квантовый трейдинг оставался крайне узкой, нишевой сферой.
Большинство мелких инвесторов до сих пор пытались анализировать графики котировок вручную или торговали по слухам. Те же немногие, кто действительно применял математику и компьютеры для квантового анализа, были либо элитными специалистами, вернувшимися из-за границы, либо докторами наук из ведущих технических вузов.
Люди, сумевшие закрепиться в этой области и добиться результатов, без сомнения, были настоящими гениями.
А ещё это означало, что они невероятно богаты.
Прямо как дядя Фан, для которого покупка роскошной виллы не представляла никакого труда.
Признаться честно, Ци Хао и сам заинтересовался этой сферой. Суть научной статьи, которую ему предоставила система, как раз и заключалась в решении задач оптимизации в сложном пространстве принятия решений. А ядром количественного инвестирования было именно нахождение оптимальных стратегий в условиях неопределенности.
Логика этих двух направлений поразительно совпадала.
Он мысленно сделал себе заметку на будущее: нужно как следует изучить всё, что связано с количественным инвестированием.
Кто знает, вдруг пригодится.
Он слышал от старшекурсников, что если применить математические знания в сфере финансов, то денег там можно поднять куда быстрее и больше, чем на обычном репетиторстве.
— Ладно, уже поздно, я поеду в университет. К следующему разу подготовлю более прицельные практические задания, чтобы Цзяцзэ прогрессировал ещё быстрее.
— Спасибо тебе, — Фан Цзясюэ проводила его до дверей и впервые за сегодня искренне, мягко улыбнулась. — Правда, Цзяцзэ сегодня занимался куда усерднее, чем раньше.
— Он и сам парень сообразительный, я просто нашёл к нему правильный подход.
Обувшись, Ци Хао попрощался и вышел за дверь.
В лицо дунул прохладный ветерок, несущий в себе дыхание ранней осени. Ци Хао глубоко вдохнул свежий воздух и легким шагом направился к автобусной остановке.
Вскоре телефон пискнул – Фан Гопин перевёл ему пятьсот юаней. Ци Хао только успел удивленно подумать, не ошибся ли тот чатом, как следом пришло текстовое сообщение.
«Ци Хао, Цзясюэ уже рассказала мне обо всём. Не ожидал, что Цзяцзэ так быстро к тебе привяжется, это лишний раз доказывает твой профессионализм как преподавателя. Озвученные ранее триста юаней в час были ценой за пробное занятие. Сегодняшний урок прошёл отлично, так что давай перейдём на стандартную ставку – отныне каждый час занятий будет рассчитываться по пятьсот юаней. И ещё, не мог бы ты со следующей субботы заниматься с Цзяцзэ по два часа?»
Настроение у Ци Хао мгновенно взлетело до небес.
Дядя Фан – мировой мужик!
Он всегда питал слабость к людям, которые умеют ценить чужой интеллектуальный труд!
На следующей неделе у него будет целых два часа занятий подряд, а это значит, что за одну субботу он заработает целую тысячу юаней!
Теперь о расходах на жизнь можно вообще не беспокоиться.
Надо поскорее написать маме, чтобы она больше не присылала ему деньги.
…
Фан Цзясюэ, отправив отцу сообщение, вернулась в гостиную и налила себе стакан воды.
На журнальном столике завибрировал телефон – звонила её близкая подруга.
— Алло? Цзясюэ, пойдём по магазинам? В торговом центре «Новый мир» сейчас скидки, я там присмотрела отличные туфли, поможешь выбрать!
Из динамика раздался весёлый, звонкий и немного бесшабашный голос.
— Не смогу, — Фан Цзясюэ с бокалом в руке откинулась на спинку дивана. — Мне нужно следить, чтобы Цзяцзэ делал уроки.
— Фан Цзясюэ, повтори-ка ещё раз?
— Я говорю, мне нужно проконтролировать, как Цзяцзэ делает уроки.
— Фан Цзяцзэ? Делает уроки? — Голос на том конце провода сорвался на крик. — Ты ведь шутишь, да? Тот самый Фан Цзяцзэ, который в прошлый раз из-за пяти простых примеров чуть стол не перевернул?!
— Имено он.
— О боже мой! Неужели солнце сегодня взошло на западе? Как тебе это удалось? Опоила его чем-то или приворожила?
Фан Цзясюэ рассмеялась от такой бурной реакции подруги и вкратце пересказала события сегодняшнего дня.
— И где вы откопали этого репетитора? Кто он вообще такой? — Тут же загорелась любопытством подруга.
— Студент первого курса Электротехнического университета, учится на математическом.
На том конце провода повисла двухсекундная тишина.
— …Из Электротехнического? Первокурсник?
Тон подруги мгновенно изменился с восторженного на скептический.
— Не хочу тебя расстраивать, но матфак Электротехнического вообще ничем не примечателен. Наш Сычуаньский университет их математиков одной левой уложит.
— Он ведь только на первом курсе, в олимпиадах не участвовал… Ты уверена, что его уровня хватит, чтобы подтянуть Цзяцзэ? С программой средней школы он, может, и справится, но что если дальше пойдёт сложный материал?
— Сегодня он объяснял очень хорошо, Цзяцзэ его слушал и старался.
— Цзяцзэ старался, скорее всего, просто потому, что тот рассказывал интересно, а не из-за его профессионализма. Интересная подача и глубокие знания – разные вещи. Подумай сама: если у него у самого хромает база, он ведь может завести Цзяцзэ не туда!
Фан Цзясюэ промолчала.
Ей, конечно, очень понравилось, как Ци Хао вёл урок, но слова подруги содержали рациональное зерно: одной лишь интересной подачи мало, за ней должны стоять реальные знания.
Раньше они нанимали только именитых преподавателей, и это первый раз, когда они доверили обучение студенту.
— Давай сделаем так, — предложила подруга. — Я тут как раз решаю тренировочные задачи для математической олимпиады. В следующий раз дай их ему, посмотрим, как он справится. Задания не то чтобы запредельно сложные, но они отлично показывают широту математического мышления.
— Если у него действительно высокий уровень, он щёлкнет их как орешки. А если не решит, то ты хотя бы вовремя всё поймёшь, чтобы не выбрасывать деньги на ветер и не тратить время Цзяцзэ впустую.
— Но он ведь всего лишь первокурсник.
— И что с того? Я тоже на первом курсе!
Фан Цзясюэ задумалась. Способ, конечно, выглядел как преднамеренное испытание, но это действительно был лучший путь проверить его реальный уровень.
— …Хорошо, скинь мне эти задачи.
— Жди, сейчас найду и отправлю.
Положив трубку, Фан Цзясюэ вскоре получила файл от подруги.
Это были настоящие олимпиадные задачи провинциального уровня, затрагивающие теорию чисел и комбинаторику.
Сама Фан Цзясюэ взглянула на них и ничего не поняла.
Будучи гуманитарием, она воспринимала математику как язык из какого-то параллельного измерения.
«Ради Цзяцзэ придётся пойти на это. Надеюсь, он не подумает, что я специально издеваюсь над ним», – пробормотала она про себя, откладывая телефон в сторону.
Тем временем Ци Хао уже ехал на автобусе обратно в университет.
В салоне было пусто, он устроился у окна и достал телефон.
От нечего делать он открыл браузер и ввёл в поисковую строку запрос о количественном инвестировании для начинающих.
Щедрость Фан Гопина заставила его всерьёз присмотреться к этой индустрии.
Информации на китайском языке по теме квантового трейдинга было крайне мало – в основном разрозненные обсуждения на финансовых форумах да редкие переводные статьи из зарубежных источников.
Ци Хао потратил около пятнадцати минут на чтение и составил для себя общее представление об этой сфере.
Суть количественного инвестирования заключалась в использовании строгих математических моделей для принятия инвестиционных решений.
Обычные инвесторы полагаются на опыт, интуицию и новости, в то время как квантовые трейдеры доверяют формулам, статистике и алгоритмам.
Неудивительно, что старшекурсники-математики, ушедшие в квантовые фонды, говорили о легком трудоустройстве. Вот оно что.
Зарабатывать деньги с помощью математики.
Эти слова, точно маленькое зерно, зародили глубокий интерес в его душе.
Изначально он поступал на матфак ради того, чтобы заниматься чистой наукой.
Но любые серьезные исследования требуют колоссального финансирования.
Большая часть этих средств выделяется государством, из-за чего ученые нередко ограничены в выборе тем и направлений.
Теперь же, когда у него есть Советская система отличника, почему бы не попробовать заработать стартовый капитал самостоятельно? Это позволило бы и семье помочь, и заниматься теми исследованиями, к которым действительно лежит душа.
Прямо как Илон Маск на Западе.
Сейчас он заработал свои первые деньги репетиторством, но Ци Хао прекрасно понимал – это сущие копейки.
Он хотел стать по-настоящему богатым, как дядя Фан.
Судя по доступным материалам, отечественный количественный трейдинг пока находился на стадии кустарного производства.
Те самые вернувшиеся из-за границы специалисты в основном использовали простые линейные регрессии или базовые мультифакторные стратегии, пытаясь выудить хоть какие-то закономерности из хаотичных графиков.
Но Ци Хао сразу же разглядел в этом подходе ключевую уязвимость.
«Нынешние методы… слишком уж топорные».
Комментарии