— Я неплохо знаю инженера Тяня, он не из тех, кто опускается до сарказма, — качнул головой ректор. — Ладно, сейчас не до этого.
Проректор вспомнил о насущном:
— Да, ректор, а как дела у Ци Хао?
— Я отправил его искать те пять советских статей, — со вздохом ответил ректор. — Если принесёт оригиналы и положит на стол – буря утихнет. А вот если не найдёт… тогда пиши пропало.
Проректор сокрушённо вздохнул:
— Ректор…
— Что такое?
— Нам ведь ещё месяц назад прислали уведомление. Завтра открывается областной математический симпозиум.
— Завтра?
— Да, завтра в девять утра, в Педагогическом университете. Там соберутся деканы математических факультетов со всей области.
— Нашему декану Ху завтра не позавидуешь, — осторожно заметил проректор.
Ректор внезапно почувствовал облегчение.
— Ну, слава богу, хоть отдуваться завтра придётся не мне, а старине Ху.
— Как говорится, пусть лучше пострадает ближний. Из нас двоих одного козла отпущения вполне достаточно.
— Но ректор, — проректор сделал вид, будто пропустил эти слова мимо ушей, — вы же знаете характер Ху. Он невероятно самолюбив. Сейчас в сети вовсю полощут его факультет. Боюсь, если завтра на заседании его начнут подкалывать коллеги, он просто вспылит и уйдёт.
Ректор замер с чашкой чая в руке, его взгляд стал серьёзным:
— А ведь ты прав! Срочно набери Ху! Передай, что завтра он обязан быть там лично. Мы не можем позволить коллегам думать, будто наш университет боится смотреть им в глаза. Иначе все решат, что мы признали вину!
Проректор мысленно посочувствовал декану Ху.
…
На следующий день, Педагогический университет.
Ежегодный областной математический симпозиум считался событием хоть и локального масштаба, но весьма статусным.
Локальным – потому что собирал специалистов лишь одного региона, но важным – из-за присутствия руководства профильных факультетов всех ведущих вузов.
Декан Электротехнического университета Ху, смирившись со своей участью, приехал пораньше. Но стоило ему войти в вестибюль первого этажа, как его тут же окликнули:
— О, старина Ху приехал!
Навстречу ему с распростёртыми объятиями шёл декан матфака Педагогического университета. Радушие коллеги показалось Ху чрезмерным и подозрительным.
И действительно, уже в следующую секунду тот поинтересовался:
— Слушай, Ху, у вас там в университете в последнее время прямо кипят страсти.
— Мы вчера с супругой обсуждали: ну надо же, какие нынче студенты пошли в Электротехническом! На первом курсе статьи для SCI пишут. Наши аспиранты на их фоне просто блекнут.
Ху неопределённо хмыкнул.
Тут же подтянулись и другие коллеги.
— Ху, а правда, что те советские статьи, на которые сослался ваш парень, так и не смогли найти?
— Да уж, если замять эту историю, тень падёт на весь ваш университет.
— Ты уж присмотри за парнем. Наука требует строгости, нельзя потакать юношеским фантазиям.
— Совершенно верно. Наша задача как педагогов – вовремя направлять молодёжь на истинный путь.
Ху вежливо улыбался, хотя в душе уже на чём свет стоит костерил этих доброжелателей.
С трудом сохраняя внешнее приличие, он ответил:
— Благодарю за заботу, коллеги. Но должен внести ясность.
— К нашему студенту Ци Хао нет никаких претензий.
Деканы удивлённо переглянулись.
— Вот как? Но ведь в интернете пишут весьма убедительно: ни одного из этих пяти советских источников в базах данных нет.
Ху парировал:
— Скоро вы сами во всём убедитесь.
Один из коллег понимающе закивал:
— Понимаю тебя, Ху. Пытаешься защитить своего. У каждого из нас есть любимчики, ради которых хочется пойти на уступки.
— Но согласись, в данном случае это медвежья услуга.
Другой декан поддакнул:
— Вот именно. Мальчишка только начинает путь, сейчас самое время указать ему на ошибки.
— Стоит ли репутация факультета упрямства одного первокурсника?
В груди у Ху закипала злость.
Если бы он сам сомневался в Ци Хао, стал бы он сейчас подставляться под чужие шпильки?
Вчерашний разговор в кабинете ректора убедил его: парень чист.
Теперь всё упиралось в эти злосчастные статьи. Если Ци Хао сможет их предоставить – победа будет за ними.
Взяв себя в руки, Ху твёрдо произнёс:
— Я никого не выгораживаю.
— Поверьте, я ненавижу фальсификации сильнее любого из вас, ведь это пятно ложится в первую очередь на мой факультет.
— И я утверждаю, что Ци Хао чист, не ради его защиты. Вчера я лично беседовал с ним больше часа. Он дал исчерпывающие и аргументированные ответы по каждому пункту своей работы и по каждому источнику.
— Человек, укравший или выдумавший исследование, просто не способен на такую глубинную защиту.
С этими словами он развернулся и направился в зал заседаний, оставив коллег перешёптываться за спиной.
Однако, переступая порог зала, Ху почувствовал лёгкий холодок беспокойства.
Он ведь и сам не знал, сумеет ли Ци Хао за неделю собрать все эти редкие источники.
Но назад дороги не было – слово сказано.
«Ци Хао, парень, не подведи мою седую голову», – мысленно взмолился декан.
Тем временем на другом конце города.
Линь Лань сидела на своём рабочем месте в издательстве и просматривала ленту Вейбо.
Вообще-то она собиралась заняться редактурой новой рукописи, но, зайдя в соцсеть, наткнулась на горячую новость:
«Первокурсника подозревают в фальсификации научной статьи: пять советских источников оказались выдумкой».
«Пять советских источников?»
Заинтересовавшись, она открыла публикацию. В комментариях кто-то выложил фотографию студента, и Линь Лань изумлённо замерла.
Лицо на снимке – судя по всему, из студенческого билета – показалось ей до боли знакомым.
«Советские книги!»
Линь Лань осенило: это же тот самый парень, который в областной библиотеке указал на ошибку в её новом издании!
Она вгляделась в фото внимательнее. Сомнений не оставалось.
Это точно он.
— Ци Хао… — негромко прочитала она имя.
Линь Лань пробежала глазами комментарии:
«Ничего себе первокурсник обнаглел, так нагло врать».
«Современная молодёжь ради публикаций готова выдумывать что угодно».
«Вот это позор на всю страну».
Линь Лань нахмурилась.
Она наотрез отказывалась верить, что парень, способный с лёту обнаружить сложнейшую ошибку в тексте, опустится до банального вранья с источниками.
Математики обычно дорожат своей репутацией, а при его способностях красть чужое или выдумывать несуществующее просто глупо.
Здесь явно крылось какое-то недоразумение!
Вспомнив, как выручил её Ци Хао в прошлый раз, Линь Лань решила не оставаться в стороне. Она открыла контакты в телефоне и нашла нужный номер:
«Доктор Сюй».
После их памятной встречи доктор Сюй как раз занимался систематизацией своего огромного архива советской периодики.
Она помнила, что он потом несколько раз расспрашивал её о том смышлёном парне.
Но поскольку контактов Ци Хао у неё не было, расспросы ни к чему не привели.
Линь Лань набрала номер доктора Сюя.
После третьего гудка в трубке раздался голос учёного.
Линь Лань сразу перешла к делу:
— Доктор Сюй, помните того юношу, который нашёл опечатку в нашей книге в библиотеке?
Сюй замялся:
— Да, конечно. А что случилось?
— У него крупные неприятности, — сообщила Линь Лань. — Его обвиняют в плагиате и обмане. Говорят, он сослался на несуществующие советские статьи. В Вейбо сейчас настоящий скандал.
— Вот как? И как называется его работа?
— Посмотрите в Вейбо, там сейчас вовсю обсуждают этот текст.
— Хорошо. Через час я буду дома, давайте встретимся у меня.
— Ой, — Линь Лань не ожидала такой оперативности. — Прямо через час?
— Да. Я как раз разобрал те коробки с советской литературой. Если он цитировал реальные старые статьи, велика вероятность, что мы их найдём. Вы приедете?
У Линь Лань загорелись глаза:
— Конечно, буду как можно скорее.
…
Общежитие Жунчэнского электротехнического университета, мужской корпус.
В половине девятого вечера дверь в комнату с грохотом распахнулась.
Ли Хуэй, только что вернувшийся со свидания, весело напевал популярный хит Джастина Бибера, так и лучась довольством.
Однако, едва переступив порог, он почувствовал, как буквально натолкнулся на стену гнетущего молчания. Песня оборвалась на полуслове.
Обычно в это время Ван Цзюнь увлечённо стучал по клавишам в какой-нибудь игре, а Чэнь Юань читал. Сейчас же оба сидели перед компьютерами с отсутствующим видом.
Ли Хуэй перевёл взгляд на Ци Хао, который неподвижно всматривался в монитор.
«Ну всё понятно. Опять этот дурацкий скандал в сети из-за советских статей».
За последние дни эта история заполонила все студенческие чаты. Поговаривали даже, что Ци Хао теперь не то что диплома – простого свидетельства об окончании вуза не видать.
Ли Хуэй хоть и считал соседа неисправимым ботаником, зацикленным на учебниках и не умеющим ценить дух свободы, но в глубине души относился к нему хорошо. Всё-таки они жили под одной крышей.
Решив разрядить обстановку, Ли Хуэй попытался перевести всё в шутку:
— Ну вы чего, парни? С чего вдруг такие кислые лица, будто у вас виртуальные подружки все деньги с карт увели?
Он придвинул стул и вальяжно развалился на нём:
— Всё это ерунда! Ну подумаешь, ошибся парень с источниками, делов-то. Ци Хао, расслабься, не принимай близко к сердцу. В научных работах сплошь и рядом ссылаются на то, чего никто в глаза не видел. Пожурят немного в деканате да отстанут, никто тебя отчислять не станет.
Молчавший до этого Ван Цзюнь мрачно хмыкнул:
— Слушай, Ли Хуэй, ты путаешь наши реалии с американскими.
— Там в сети парня уже натуральным мошенником выставляют, а ты говоришь – мелкая ошибка.
— Ну и что? Мало ли редких изданий? Скажем, что нашли эти статьи на каком-нибудь развале в виде пожелтевших страниц, которые потом потерялись. Ищи ветра в поле! — Упрямо гнул свою линию Ли Хуэй.
Даже обычно неразговорчивый Чэнь Юань решил поддержать друга:
— Мне кажется, идея рабочая. Университет ничего проверить не сможет. А мы пока поможем тебе подыскать другие источники для замены.
Ци Хао, устав слушать этот поток нелепых советов, наконец повернулся к ребятам:
— Ладно, спасибо за поддержку, но ваши планы не выдержат никакой проверки. В ректорате сидят тёртые калачи, их на такую дешёвую уловку не поймаешь.
— К тому же эти статьи у меня есть.
— Серьёзно?
— Ну ты даёшь! Что же ты молчал, мы тут извелись все!
— Точно, значит, всё позади?
Ребята заметно повеселели и шумно выдохнули.
Но сам Ци Хао радоваться не спешил.
Его по-прежнему беспокоило то, что один источник так и оставался ненайденным.
Без этой последней статьи вся его доказательная база рушилась, и именно это упрямое обстоятельство выводило его из себя.
У отличников всегда свои причуды!
Оставить доказательство незавершённым для него было хуже, чем получить оценку на балл ниже ожидаемой.
Сделав большой глоток воды из бутылки, Ци Хао размял пальцы, готовясь провести ночь на русскоязычных форумах, но отыскать злосчастный текст.
В этот момент Ван Цзюнь внезапно вскрикнул:
— Ци Хао, глянь, что в Вейбо творится!
Ци Хао поморщился.
«Неужели хейтеры опять что-то придумали?»
«Ну давайте, покажите, на что вы способны!»
Комментарии