Мо Гуаньцзи не понимал, как так – пару дней назад у немой девочки имя было серым, а сегодня вдруг посинело.
Теперь ясно, почему игрок Лю Хуаншу так навязчиво крутился вокруг неё – надеется на скрытый квест.
Он нутром чуял: перемена цвета имени непременно связана с Его Высочеством Пурпуром. Ведь кто ещё способен на такое?
Мо Гуаньцзи был уверен: сама по себе девочка – рядовой персонаж без силы. Цвет имени лишь отражает положение НПС, и значит, статус её резко вырос по какой‑то особой причине.
Хотя прямо из серого в синий – это, конечно, чересчур.
Тут из кухни вышел работник с подносом свежих блюд, увидел, что возле Линь Чань околачиваются посторонние, и сразу подскочил.
— Эй, не мешай! — оборвал он Лю Хуаншу.
Тот не хотел уходить, но и грубить боялся. Всё‑таки НПС с синим именем: кто знает, вдруг это маска, вдруг она убьёт с одного удара?
И всё же он остался и нахрапом выдал:
— Это ж трактир! Могу хотя бы поесть?
— О, началось… — рявкнул работник и, позвав помощников, выкинул его за дверь.
Трактир «Лайфу» ведь всего лишь прикрытие секты Демонов, место, где можно перевести дух. Прибыль – дело второстепенное. Зато спокойствие «тех из заднего двора» – святое.
Тот, кого выставили, только и смог хлопать глазами, наблюдая, как Мо Гуаньцзи без всяких преград проходит внутрь.
— Эй! Этот разве не игрок?! Почему к нему другое отношение?! — изумился Лю Хуаншу.
Поскольку Мо Гуаньцзи в своих видео не показывал игровой идентификатор, Лю не догадывался, что это – тот самый первый оруженосец Его Высочества Пурпура.
Мо Гуаньцзи просто хотел собрать лайков, завести знакомство с девушками и ради этого скрывал ник, чтобы не мешали игрой.
Игру он ценил превыше всего.
Догадаться о его настоящей личности могли разве что в гильдии Чжо Хоуи‑рыцарей, но их лидер Мэй Цяньхуа был умён и не стал раскрывать тайну.
А пока Лю Хуаншу решил: Мо Гуаньцзи успел первым, активировал скрытую линию и теперь пожинает плоды.
Он с сожалением покинул трактир, однако крепко запомнил его ник.
…
Во дворе Лу Сюнь удивился, увидев Мо Гуаньцзи вместе с Линь Чань. Он‑то думал, тот уже обосновался где‑нибудь в горах.
После сдачи задания Лу Сюнь выдал ему опыт и сразу выставил за дверь – за одним столом с ним ужинать никто из «инструментариев» не будет.
Пусть бродит по миру, активирует квесты, а он потом подсосётся к награде – именно это Лу Сюнь и обожал в игре.
Перед расставанием он сообщил Мо Гуаньцзи, что взял Линь Чань в ученицы.
Согласно системе, хоть Мо Гуаньцзи и числился в списке как «записной ученик», но по факту был обычным внешним учеником с дополнительным титулом оруженосца. Поэтому по иерархии ему следовало обращаться к Линь Чань как к старшей наставнице.
И не только ему – даже Цзи Ли и Мужун Янь формально должны были это делать.
В глазах Мо Гуаньцзи авторитет Его Высочества Пурпура вновь вырос до небес.
Взял ученицу – и девочка из серого НПС сразу стала синим. Ужасающе.
Так немая стала для него новой целью, достойной «преклонения».
Когда он ушёл, Лу Сюнь повернулся к Линь Чань, стоявшей с опущенной головой, и сказал с мягкой улыбкой:
— Чего стоишь? Садись, ешь.
Цзи Ли и Мужун Янь, уловив аромат ужина, радостно подсели за стол.
Линь Чань всё ещё держалась по‑старому – не смела тянуться к еде, лишь тихо перемешивала рис в чашке.
Хотя статус изменился, привычка бедной служанки осталась.
Лу Сюнь ничего не сказал – просто принялся перекладывать ей блюда.
Худая она, понятно, по болезни, но питаться‑то всё равно надо.
Раньше, на Задней Горе, он находил удовольствие в «кормлении» второй старшей сестры и Мао Наньбэй. А теперь у него появилась новая подопечная – и процесс снова стал веселее.
Неужели Линь Чань не вырастет? Внутренний потенциал у неё чувствовался сразу: сейчас лишь замаранная пылью жемчужина. Когда расчистится – ослепит всех.
Так кормить её даже забавно – почти как личное выращивание редкого цветка. Лу Сюнь даже почувствовал азарт.
Он подкладывал ей еду без остановки. Она ела послушно и молча, опуская голову всё ниже, едва не утыкаясь в пиалу.
Хоть знала их недолго, но ощущала доброе отношение. А этот невероятно красивый мужчина, ставший её учителем, заботился искренне.
За столом царило тепло. Она не произносила ни слова, но слушала, впитывала чужие голоса и впервые за долгое время ощущала уют.
С тех пор как умер дедушка, у неё не было семьи.
Некому было наполнить её чашку, никто не говорил «ешь больше». И только будто теперь она поняла, как дорого стоят эти простые слова.
Она ясно помнила ночь его смерти: моросил дождик, старик лежал не в себе, шептал что‑то бессвязное.
Сначала она поняла слова неверно – решила, что он говорит «не хочу умирать».
Но, прислушавшись, всхлипнула – он бормотал: «Боюсь умереть».
Ведь если он уйдёт, кто защитит бедную немую внучку?
Вспомнив это, Линь Чань набрала в рот большую ложку риса, захватила кусочек курицы с уксусом, который положил ей красивый учитель, и жадно проглотила.
…
Комментарии