Ночь опустилась на город.
Линь Янь переоделся в черное, закрыл лицо маской и бесшумно перелез через стену двора.
Он еще днем разузнал, где находится логово банды Пиншань, – в глухом переулке к северу от города.
К бандитским отродьям Линь Янь никогда не питал симпатии, а уж после того, как они посмели оскорбить тетю словами, и подавно.
Шаги его были невесомы – он скользил сквозь ночную тьму, точно призрак.
Он выложился на полную – всю силу, что давала ему вторая стадия «Закалки кожи». Не прошло и четверти часа, как он уже был у самого логова банды Пиншань.
Трехдворный особняк, у ворот горели два фонаря, из-за стен слышались пьяные крики и стук игральных костей.
Линь Янь уже собрался перелезть через стену, как вдруг замер.
Из-за двора донесся глухой стук – словно тяжелое тело рухнуло наземь.
Нет, это звуки драки.
Кто-то уже напал на банду Пиншань?
Неужели ему так повезло – то ли банды друг с другом грызутся, то ли у кого-то к ним свои счеты?
Линь Янь нахмурился, напряг ноги и легкой тенью взлетел на крышу главного здания. Припав к черепице, он заглянул во двор.
Там, распростершись на земле, лежало четыре или пять тел – судя по одежде, все из банды Пиншань.
У дверей главного дома стояла темная фигура в черном и выходила под открытое небо. В руке незнакомец держал увесистый узел – видимо, уже все обыскал.
Человек, будто что-то почувствовав, резко вскинул голову, и взгляд его, острый как лезвие, уперся в крышу, где прятался Линь Янь.
Их глаза встретились.
В то же мгновение незнакомец оттолкнулся ногой от земли и стрелой метнулся прямо на Линь Яня!
«Какое острое чутье», – мелькнуло в голове.
Линь Янь удивился, но не отступил. Он спрыгнул с черепицы и нанес удар кулаком!
Боевой Дух Кулака обрушился горой!
В глазах черного одеяния мелькнуло изумление. Он тоже ответил кулаком.
Кулаки столкнулись – раздался глухой хлопок.
Линь Янь остался стоять неподвижно, а вот его противник отлетел на несколько шагов и выплюнул кровь.
«Кулак Раскалывания Гор?»
Линь Янь смотрел на незнакомца с изумлением. Тот хоть и изменил траекторию удара, но Линь Янь, досконально освоивший этот стиль и уже развивший в нем Боевой Дух Кулака, сразу узнал внутреннюю суть техники.
«Неужели это кто-то из младших братьев по школе?»
Зрачки Линь Яня сузились.
«Кулак Раскалывания Гор», сила второй стадии «Закалки кожи», удар направлен против банды Пиншань… Он смутно догадался, кто это мог быть.
Тем временем черный силуэт, кое-как удержав равновесие, не колеблясь ни секунды, швырнул свой узел в Линь Яня и, не оборачиваясь, прыгнул на стену, исчезнув в темноте.
Линь Янь остался стоять на месте. Он не стал преследовать.
Опустив взгляд, он посмотрел на узел. Связка развязалась при падении, и из нее выкатились несколько серебряных слитков.
— Похоже, это точно младший брат Чжуан, — прошептал Линь Янь, глядя в ту сторону, где скрылся незнакомец.
Вторая стадия «Закалки кожи» – и, судя по силе удара, недавно на нее прорвался. Днем он как раз встретил младшего брата Чжуана. Если тот захотел бы разузнать, ему ничего не стоило выяснить, что случилось у дома семьи Лю.
Вполне возможно, что младший брат Чжуан решил заступиться за него и сам напал на банду Пиншань.
А серебро в узле – просто прихватил заодно.
— Вот только методы у младшего брата Чжуана грубоваты, — покачал головой Линь Янь, разглядывая следы от ударов на трупах.
С тех пор как учитель рассказал ему, что труп может выдать характер ранений, Линь Янь стал осторожнее и теперь после убийства всегда портил тела. Он забрал деньги – как плату за то, что прикроет младшего брата.
Потратив около получаса, чтобы замести следы, Линь Янь подхватил узел и покинул двор.
…
В то же время в другом дворе.
Человек в черном стянул маску, открыв молодое лицо. Это был Чжуан Чжэн.
Он был бледен, с уголка губ все еще сочилась кровь.
«Кто это? Неужели мастер третьей стадии „Закалки кожи“? Или один из лучших на второй стадии?»
Чжуан Чжэн опустил взгляд на свою руку. Тот удар показался ему одновременно и знакомым, и чужим. Ясно было одно: противник очень силен. Второго такого удара он бы не выдержал.
«В банде Пиншань самое сильное – всего три воина первой стадии. Как они посмели навлечь на себя гнев такого мастера?»
Чжуан Чжэн терялся в догадках. Если бы банда Пиншань обидела кого-то настолько сильного, ее бы уже давно стерли с лица земли. Зачем ждать именно этой ночи?
Он выбрал эту ночь по двум причинам.
Во-первых, чтобы отплатить старшему брату Линю.
Не появись тогда старший брат Линь, его бы уже забрали в Инспекторат. А попасть туда, даже будучи учеником школы, не так-то просто выбраться.
Во-вторых, ему нужны были деньги. Он решил перебить банду Пиншань и поживиться их добром.
То, что он за девять месяцев прорвался с первой стадии на вторую, было связано не только с его талантом, но в первую очередь – с деньгами.
А деньги эти он добывал, убивая людей.
Путь грабежа и убийств открылся ему после того, как он прикончил Гэ Хуэя.
Гэ Хуэй был первым воином, которого Чжуан Чжэн убил с тех пор, как встал на боевой путь.
Причиной стали не какие-то там деньги, которые Гэ Хуэй посмел прилюдно демонстрировать. Чжуан Чжэн еще не настолько озверел, чтобы поднимать руку на своих же.
Всему виной была невыносимая наглость Гэ Хуэя. Чжуан Чжэн, чтобы учиться боевым искусствам, заложил родовой дом – пошел ва-банк. А Гэ Хуэй еще требовал, чтобы тот ему «подносил» дань.
От других братьев Чжуан Чжэн слышал, что и старший брат Линь отказывался платить Гэ Хуэю и тот тоже донимал его. Только старший брат Линь просто послал его подальше.
Но Чжуан Чжэн считал поведение старшего брата Линя неразумным. Против тех, кто сильнее тебя, куда вернее внешне смириться, а ударить в спину, когда представится случай.
Так соперник ослабит бдительность, да и подозрения не падут на тебя.
С Гэ Хуэем он так и поступил – на словах согласился, отдал несколько медяков, а потом выслеживал его несколько дней, пока не выдался случай. Он напал на Гэ Хуэя, когда тот был мертвецки пьян, и убил.
Он просто не хотел, чтобы добро пропадало, и обыскал труп. Но не ожидал, что у Гэ Хуэя окажется столько денег.
Эта неожиданная удача дала ему новую идею для заработка.
Грабить и убивать!
Что может быть быстрее этого?
С тех пор он часто выходил по ночам, выслеживал бандитов и, убивая, копил серебро. Так он накопил достаточно, чтобы за девять месяцев прорваться на вторую стадию «Закалки кожи».
До сих пор все получалось, а в этот раз он дал маху и едва не поплатился жизнью.
— Хорошо, что этот таинственный мастер не погнался за мной. Надо быть впредь еще осторожнее, — горько усмехнулся Чжуан Чжэн.
В этот раз ему повезло – удалось уйти, но вот беда: от этого удара он будет лечиться не меньше половины месяца.
…
…
В доме семьи Линь Линь Янь тоже пересчитывал добычу в своей комнате.
— Младший брат Чжуан и серебряные безделушки не побрезговал, — хмыкнул он.
В узле, помимо нескольких серебряных слитков, монет и медяков, нашлись и всякие мелкие вещицы с примесью серебра: какая-то утварь, столовые приборы и прочее.
В ломбарде за них можно было выручить несколько десятков, а то и сотню медяков, но для Линь Яня, для которого риск быть обнаруженным того не стоил, тащить их туда было делом пустым.
Он отложил все эти вещицы в сторону, и вместе с серебром и медью набралось сто пятьдесят лян. Вот что значит разорить целое бандитское логово – почти весь улов достался одному.
Жаль только, что банда Пиншань оказалась так слаба.
— Теперь у меня в общей сложности пятьсот лян серебра. Сумма немалая, но если тратить на одни лишь тренировки, то хватит от силы на год, — прикинул Линь Янь.
И чем больше он считал, тем сильнее поражался. Да, воины стоят высоко, но и расходы у них соответствующие.
Хорошо хоть ему не грозит провал на прорыве, а у тех, кто срывается, расходы и вовсе чудовищные.
Привычно поворчав про себя на астрономические цены обучения, Линь Янь задумался, на что бы потратить деньги.
Семья Тан каждый месяц предоставляет ему одну склянку «пилюль укрепления сухожилий», но в ней всего пять штук. Принимать же их можно раз в шесть дней. От Чжэн Сюня он слышал, что воины второй стадии могут глотать по пилюле каждый день.
Кроме того, можно прикупить оленины.
«Пилюли укрепления сухожилий» помогают ци и крови промывать каналы, но на рост самой ци и крови оказывают слабое влияние.
Попробовав мясо зверя Цзыжун, Линь Янь понял, что деликатесы стоят своих денег.
О тигрином и медвежьем мясе он и мечтать не смел – слишком дорого. Но оленину, по пять лян за цзинь, он еще был в состоянии себе позволить.
…
На следующий день.
Придя в школу, Линь Янь первым делом заглянул в аптеку и заказал нужное количество снадобья для наружного применения. Пока там готовили лекарства, он направился на задний двор, чтобы засвидетельствовать почтение учителю.
Оказавшись во дворе, он с удивлением заметил, что там необычайно тихо. Из всех учеников присутствовал лишь один младший брат Чжао.
— Младший брат Чжао, учитель у себя? — Спросил он.
Не успел Чжао Линьюань ответить, как из комнаты вышел Ян Цинфэн.
— А, Линь Янь пришел.
— Ученик приветствует учителя.
Ян Цинфэн взглянул на него с улыбкой:
— По какому делу?
— Я за снадобьем для наружного применения, учитель.
Услышав это, Ян Цинфэн на мгновение задумался, а потом сказал:
— Ты теперь числишься в семье Тан и можешь закупать лекарства в их лавке всего за семьдесят процентов от обычной цены. Я дам тебе рецепт – будешь сам готовить снадобье.
От этих слов и Чжао Линьюань, и Линь Янь опешили.
Снадобье для наружного применения после второй стадии было тайным рецептом школы. Разглашать его строжайше запрещалось.
Видя растерянность учеников, Ян Цинфэн мягко улыбнулся. Да, рецепт драгоценен, но работает он только в связке с «Кулаком Раскалывания Гор». Раньше его не выдавали, боясь, что кто-то из учеников, освоив и технику, и имея рецепт, решит открыть свою школу и обучать «Кулаку Раскалывания Гор».
Но, зная Линь Яня, он был уверен: этот ученик – человек прямой и честный и на такое не пойдет.
А еще им двигало чувство вины.
У Линь Яня был талант к «Кулаку Раскалывания Гор». Если бы он не взял в ученики Линьюаня, если бы не было предварительного уговора с семьей Чжао, он бы сделал Линь Яня своим наследником и дал ему гораздо больше ресурсов.
Но теперь все накопленные им деньги и ресурсы тратятся на Линьюаня. Дать Линь Яню возможность тратить на снадобья меньше – это хоть какая-то компенсация.
— Рецепт я тебе даю, но передавать его никому не позволено. Нарушишь – не прощу, — строго добавил Ян Цинфэн.
Линь Янь сложил руки в почтительном жесте и с серьезным лицом произнес:
— Благодарю учителя за милость. Клянусь никогда не разглашать рецепт.
— Пока готовят снадобье, раз уж ты здесь, побейся-ка с Линьюанем, — сказал Ян Цинфэн.
Линь Янь отнесся к предложению учителя без удивления, а вот Чжао Линьюань смотрел с недоумением. Те старшие братья, что прорвались на вторую стадию уже год назад, все проиграли ему в спарринге. Старший брат Линь прорвался лишь несколько месяцев назад. Почему учитель все равно зовет их биться?
— Линь Янь весьма глубоко постиг «Кулак Раскалывания Гор». Ваш спарринг пойдет вам обоим на пользу, поможет проверить друг друга, — пояснил Ян Цинфэн, заметив сомнение Чжао Линьюаня.
Чжао Линьюань с удивлением посмотрел на Линь Яня. Если учитель сказал такое, это действительно что-то да значит.
— Старший брат Линь, прошу наставить меня, — Чжао Линьюань, убрав легкомыслие, сложил руки в приветствии.
— Младший брат Чжао слишком скромен, — вместо ответного поклона Линь Янь протянул ему руку.
Чжао Линьюань на миг опешил. Он вспомнил кое-какие слухи, ходившие по школе об этом старшем брате.
Один из них гласил, что старший брат Линь не любил раскланиваться перед спаррингом, а предпочитал пожимать руки.
Чжао Линьюань пожал руку, и они, отпустив друг друга, разошлись. Линь Янь внешне не выказал никаких эмоций, но в душе его обуяло удивление.
Не зря учитель так ценит этого парня. Древо Боевого Пути младшего брата Чжао оказалось выше, чем у него самого, – целых два чи и семь цуней.
Младший брат Чжао поступил в школу позже него, да и сам Линь Янь принимал драгоценные пилюли – и все равно его обогнали.
Линь Янь был вынужден признать, что у него в груди зашевелилась кислая зависть.
Неудивительно, что талантливых людей так легко возненавидеть.
Потратить годы на упорные тренировки и все равно оказаться позади того, кто пришел всего несколько месяцев назад – кто угодно начнет проклинать все на свете.
Комментарии