— Под словом «убить» я не имею в виду удаление персонажа…
— …а то, что тело этого игрока в реальном мире умрет в то же самое мгновение.
Это описание напомнило Чэнь Мо недавнее предупреждение Старины Бая.
Но он никак не мог вообразить, что подобное возможно на самом деле.
Чэнь Мо был пришельцем из другого мира, запертым в этой игре без возможности выхода, но что остальные?
Остальные-то свободны? Зная о таком риске, зачем им продолжать играть?
Словно прочитав мысли Чэнь Мо, Перевозчик холодно добавил:
[Перевозчик]:
— Но до сих пор почти никто не верит моим словам, потому что Охотники редко пускают этот предмет в ход.
— …Но я прошел через это лично! — В словах Перевозчика сквозила ледяная ненависть. — Мой старший брат был одним из топовых игроков на ранних этапах «Потока».
— …И прямо накануне финала сценария «Восстание семи уделов» его убил Охотник.
— …В реальности власти назвали причиной смерти «внезапную остановку сердца из-за длительного погружения в игру».
— …Наша семья подала заявление, но что полиция могла найти? Для них это просто несчастный случай.
— …Никто не верит, что убийца, находясь за тысячи ли, может лишить жизни человека через игру.
Чэнь Мо полностью замолчал.
Теперь он понимал, почему собеседник так остро реагирует на тему Охотников.
[Перевозчик]:
— Ты наверняка хочешь спросить, зачем я продолжаю играть, зная об опасности?
— …Потому что я не играю. Я мщу.
— …Раз законы реальности не могут покарать этих демонов в человеческом обличье, я сам стану их палачом и свершу правосудие!
От одержимости и безумия, скрытых в этих словах, у Чэнь Мо защемило сердце.
[Перевозчик]:
— Я вел расследование много лет, многим пожертвовал, прежде чем выяснил, что за орудие используют Охотники.
— …Это редчайший предмет, который можно разблокировать только после прохождения сценария запредельной сложности. Я называю его «Кинжал Души».
— …Для его покупки требуется колоссальное количество игровых очков.
— …Он одноразовый, активируется автоматически при старте следующего сценария и не подлежит долгому хранению.
— …Именно из-за этих почти невыполнимых условий владельцев кинжала единицы.
— …Потому Охотники незаметно и превратились в городскую легенду.
— …Что же до свойств Кинжала Души: если убить им NPC, никакого эффекта не будет;
— …но если он сразит игрока, владелец кинжала похитит всю накопленную жертвой славу, очки и характеристики, и при этом…
— …мозг противника в реальности мгновенно впадет в состояние необратимой смерти.
Перевозчик умолк, но Чэнь Мо уже понял недосказанное:
Те, кто жаждет мести, точно так же могут использовать Кинжал Души, чтобы заставить Охотников заплатить кровью за кровь.
«Это битва на вылет…»
Чэнь Мо невольно вспомнил, как в прошлой жизни, играя в одну известную онлайн-игру, пробовал самый жестокий режим – «Хардкор», где была всего одна жизнь.
Там смерть персонажа означала его окончательное удаление.
Поскольку этот режим и так был полон опасностей, правила запрещали игрокам нападать друг на друга.
Но тогда на серверах появился один игрок, чей ник стал ночным кошмаром для всех…
«Третья сестра из Академии».
Этого игрока не интересовали ни золото, ни экипировка.
Его единственной радостью было создавать хитроумные ловушки так, чтобы система не распознала это как нападение, и при этом губить чужих персонажей.
Он пользовался уязвимостями игры, заманивая монстров в безопасные зоны, где собирались новички.
Он прикидывался добряком, собирал группы, чтобы отвести их на заведомо смертельные задания;
или изображал благодетеля, раздавая сумки и вещи новичкам, а потом призывал высокоуровневых демонов прямо им на головы.
Самый вопиющий случай произошел, когда «Третья сестра» пробрался в рейд, только начавший освоение подземелья.
Пока остальные пополняли запасы, он тайно прокрался к боссу – огромной драконихе – и швырнул в нее гранату.
Это привело к мгновенной гибели семнадцати персонажей максимального уровня, а сам виновник сбежал, использовав защитное зелье неуязвимости.
Чэнь Мо видел на форумах бесчисленные полные слез и ярости посты.
Кто-то потратил сотни часов, почти достиг финала, но лишился всего из-за незаметного бага, подстроенного «сестрой»;
для кого-то это было единственным заработком – ручная прокачка и продажа аккаунтов помогали кормить семью, но всё рушилось в последний миг из-за чужого коварства.
Больше всего Чэнь Мо запомнился пост одной матери-одиночки.
Ее ребенок был тяжело болен, и она днями и ночами качала персонажа, чтобы продать его и собрать деньги на операцию.
Но за день до конца прокачки, в густом лесу, пока она сражалась с монстром, умеющим брать под контроль разум, притаившаяся рядом «Третья сестра» использовала баг с этим самым контролем и подставила ее под удар.
В той игре персонаж под контролем считался врагом, и его могли атаковать другие игроки.
Чэнь Мо еще тогда осознал.
Некоторые люди устроены иначе.
Их счастье строится на обломках чужого благополучия.
Виртуальный мир – это рай для них, где можно выплеснуть всю внутреннюю гниль, не неся ответственности в реальности.
Но он и представить не мог, что в мире «Потока»…
Эта гниль способна по-настоящему пробить экран и забрать жизнь.
Собравшись с мыслями, он продолжил расспросы.
[Чжао Цзю из Цанчжоу]:
— Разве такие люди не боятся, что друзья или родные убитых объединятся для мести?
[Перевозчик]:
— Охотники тоже бывают разного уровня.
— …Тех, кто действительно использует Кинжал Души и не испытывает мук совести, убивая людей, крайне мало.
— …Иными словами, настолько девиантных личностей – единицы.
— …И эти настоящие убийцы действуют запредельно осторожно.
— …После каждого дела они тратят похищенные у жертвы очки на смену игрового имени во время подведения итогов сценария.
— …Это как серийные убийцы в реальности: совершив преступление, тут же меняют личность и уезжают в глушь.
— …В безбрежном море людей их просто невозможно отыскать.
— …К тому же, они обычно дьявольски терпеливы.
— …Они могут месяцами сидеть в засаде внутри сценария, словно ядовитые змеи, изучая каждого кандидата из списка лидеров.
— …Они ждут финала, когда все набьют карманы до отказа, и только тогда наносят смертельный удар.
— …Убив, они мгновенно выходят из игры, оставляя минимум зацепок.
«Вот оно что».
Чэнь Мо внутренне подобрался, подняв уровень угрозы от Охотников до максимума.
[Чжао Цзю из Цанчжоу]:
— Благодарю за разъяснения, брат Перевозчик. Эти сведения для меня бесценны. Что ты хочешь в качестве вознаграждения?
[Перевозчик]:
— Ничего.
Ответ был таким же ледяным.
[Перевозчик]:
— Считай это подарком, у меня лишь одно требование.
— …Если однажды ты встретишь игрока, похожего на Охотника, или услышишь любую зацепку о них, неважно, правдивую или нет – ты должен немедленно сообщить мне.
[Чжао Цзю из Цанчжоу]:
— Хорошо, я обещаю.
— …
Разговор с Перевозчиком закончился, но Чэнь Мо долго не мог прийти в себя.
Он впервые по-настоящему почувствовал, что за пределами игровых правил за ним из тени наблюдает смертельная опасность.
Однако он быстро загнал эту тревогу вглубь души.
Охотники – угроза отдаленная.
А сейчас у него были куда более осязаемые заботы.
Род Чжан из Фаньяна.
Тот муж по фамилии Чжан, которого Чжоу Цан прилюдно превратил в отбивную, ни за что не успокоится.
Зная повадки таких кланов, они попытаются смыть позор стократ более кровавой ценой.
Лишь то, что мир еще не окончательно рухнул, мешало им открыто расправляться с благородными мужами прямо в городе.
Иначе он бы еще в тот день того человека…
Чэнь Мо холодно хмыкнул.
Его характер всегда был прост.
Для друзей найдется доброе вино;
для шакалов… найдется охотничье ружье.
Согласно сведениям от Цинцзю, род Чжан из Фаньяна, вероятно, давно втайне переметнулся к Жёлтым повязкам – и это было той самой ахиллесовой пятой, способной их погубить.
Но главная проблема заключалась в том, что у него была лишь информация, но не было прямых доказательств.
В эту эпоху жестких сословий попытка «выскочки из низов» обвинить влиятельный дом в измене без улик была равносильна самоубийству.
«Но это если действовать по правилам…»
Чэнь Мо покачал головой с легкой усмешкой.
Он подошел к столу и развернул бамбуковую дощечку.
«Кто сказал, что дела нужно проворачивать только обычными методами?»
Комментарии