Зал заседаний на четвертом этаже полицейского участка Западного округа.
Заместитель начальника участка, начальники отделов и их заместители собрались за длинным столом.
Атмосфера в зале была настолько тяжелой, что казалось, воздух можно резать ножом.
То, что Цзинчуаню, простому командиру отряда, позволили присутствовать на совещании такого уровня, выглядело более чем странно, и он сам терялся в догадках о причинах такой чести.
Во главе стола сидела Ивлин. С суровым выражением лица она медленно обвела взглядом присутствующих и заговорила:
— К своим людям я всегда относилась щедро и с пониманием. Но я не ожидала, что прямо у меня под носом заведется паршивая овца, которая будет жрать из общего корыта и гадить туда же.
— Госпожа начальник, этого предателя Лю Яовэня нужно стереть в порошок! — Резко вскочил со своего места Джонс, начальник отдела патрульной службы и прямой руководитель беглеца. Он говорил прямо, жестко и явно едва сдерживал бушевавшие в нем эмоции.
— Верно! Все эти годы начальник участка никого из нас не обижала долей. Лю Яовэнь должен сдохнуть, иначе справедливости в этом мире нет!
— Эта тварь решила сломать кормушку, с которой мы все кормимся!
— Ублюдок! Завалить его к чертям, чтобы другим неповадно было!
Остальные дружно подхватили ор, наперебой требуя крови.
У Цзинчуаня мелко задергалось веко. Он точно пришел на служебное совещание в полицию? Почему это больше похоже на сходку в бандитском логове?
Все они – официальные лица, при должностях и погонах.
И даже если они всем сердцем презирали Лю Яовэня за то, что тот ради денег предал присягу, связался с наркоторговцами и запятнал честь мундира…
По закону жанра они должны были требовать поймать его, предать суду и публично отчитаться перед гражданами. Но вместо этого они наперебой орали о том, как бы поэффективнее прикончить беглеца.
Да, за закрытыми дверями. Но ведь здесь собралось столько народу, неужели нельзя хоть немного соблюдать приличия?
Если только…
В голове Цзинчуаня начала оформляться смутная догадка.
И от этой мысли ему самому стало не по себе.
За те неполные два месяца, что он провел в этом теле после переселения душ, он успел уяснить, что Тринадцатый район погряз в грязи и криминале.
Но если его догадка верна…
То эта система прогнила куда глубже, чем он мог себе представить!
Ивлин слегка приподняла ладонь.
В зале мгновенно воцарилась тишина.
— Пустую болтовню оставим на потом. Сейчас наша главная задача – найти Лю Яовэня. Жду предложений, — Ивлин сделала глоток из чашки, оставив на фарфоровом краю бледный след губной помады.
Первым взял слово Чжоу Чуань:
— Начальник, Лю Яовэнь, будучи офицером полиции, сознательно пошел на преступление, вступив в сговор с Вэй Сюном ради контрабанды медикаментов. А после разоблачения оказал сопротивление при задержании и скрылся. Это тягчайшее преступление. Мы должны немедленно объявить его в розыск. И одновременно запустить кампанию в прессе, опубликовав обращение его семьи с призывом сдаться.
Последние слова были ключевыми.
— Начальник группы Чжоу прав. Раз его семья у нас в руках, Лю Яовэню придется хорошенько подумать, хочет ли он, чтобы его близкие расплачивались за его грехи. Увидит газеты – сам приползет.
— Сомневаюсь. У этого кобеля наверняка баб и детей по всему городу расселено немерено, не факт, что он станет жертвовать собой ради законной жены.
— По мне, так надо просто поднять все наши связи на улицах и перевернуть город вверх дном. Никуда он не денется.
Предложения сыпались одно за другим.
— Значит, ударим с двух сторон, — подытожила Ивлин, поднимаясь со своего кресла. — Объявляем его в розыск, пускаем слезливую статью в газетах и одновременно роем землю носом.
Вслед за ней поднялись и остальные присутствующие.
Ивлин глубоко вздохнула, ее лицо посуровело, а голос зазвучал с леденящей угрозой:
— Повторять дважды не стану. Если кто-то из вас готов безучастно смотреть, как у него отбирают его же деньги, то мне и говорить с вами не о чем. Расходитесь по местам и за работу. Мы обязаны найти Лю Яовэня раньше Чжан Цюаня! Иначе окажемся в крайне невыгодном положении. И да, всех пособников и дружков Лю Яовэня в участке отстранить от службы до выяснения.
— Есть! — Дружно гаркнули офицеры.
— Свободны, — Ивлин махнула рукой, а затем добавила:
— Командир Цзинчуань, задержись.
Уже собиравшийся уходить Цзинчуань замер.
Остальные офицеры скользнули по нему быстрыми взглядами и вышли из зала.
Проходивший мимо Чжоу Чуань приостановился и с многозначительной улыбкой похлопал его по плечу.
Тяжелая дубовая дверь закрылась.
В огромном зале остались только двое: Ивлин и Цзинчуань.
Ивлин опустилась обратно в кресло.
Сейчас, без посторонних глаз, она выглядела куда более расслабленной и даже позволила себе небрежно закинуть ногу на ногу.
Подол ее брюк слегка задрался, приоткрывая изящную щиколотку в тонком черном капроне. Туфля на высоком каблуке едва удерживалась на самом кончике пальцев, соблазнительно обнажая плавный изгиб стопы.
— Командир Цзинчуань.
— Я! — Цзинчуань вскинул руку к козырьку.
— Ну полно тебе, не напрягайся ты так, — Ивлин мягко улыбнулась. — Ты ведь всё понял из того, что сейчас здесь происходило?
— Докладываю, госпожа начальник! Мой разум туп и не всегда улавливает тонкости политики, но я твердо знаю одно: беспрекословно выполнять ваши приказы – единственный верный путь! — Громко и четко отчеканил Цзинчуань.
На самом деле он понял абсолютно всё. Возможно, рядовые патрульные Западного округа еще оставались в неведении, но вся верхушка участка во главе с Ивлин погрязла в системной коррупции.
Охота на Вэй Сюна и борьба с контрабандой велись вовсе не ради торжества закона, а исключительно ради защиты собственного теневого синдиката.
Ивлин и весь ее участок были мощной крышей для крупнейшего наркокартеля Цинчуаня.
А заместитель начальника управления Чжан Цюань оказался птицей того же полета. Он просто пытался использовать Вэй Сюна как инструмент, чтобы отжать у Ивлин долю рынка.
Масштабы гнили в Тринадцатом районе превзошли все его ожидания. Но, черт возьми, это даже к лучшему! Носить полицейский жетон и при этом заниматься привычным ремеслом грабителей – работа как раз по его профилю.
Если вся система безопасности Цинчуаня прогнила до самого верха, то глупо надеяться на перемены.
В этом безумном мире простые люди выживали из последних сил.
У Цзинчуаня не было ни возможностей, ни глупого желания спасать это общество. По крайней мере, сейчас.
Все, чего он хотел – это устроить собственную жизнь как можно лучше.
А для этого нужно было стать частью стаи.
То, что Ивлин пригласила его на это закрытое совещание, а теперь оставила для личного разговора, означало лишь одно – она берет его в долю.
И если он окажется настолько глуп, чтобы отказаться, то его карьера закончится очень быстро и, скорее всего, трагически – «героической смертью при исполнении».
— Прекрасно. Люблю иметь дело с умными людьми, с ними не приходится тратить время на лишние объяснения, — довольно кивнула Ивлин. — …Подай-ка мне мою сумочку.
Цзинчуань сделал пару быстрых шагов, подхватил оставленный у края стола изящный ридикюль и почтительно протянул его начальнице.
Ивлин открыла сумочку, достала плотный конверт и небрежно бросила его на полированное дерево стола:
— В том, что мы выявили крысу в лице Лю Яовэня, твоя заслуга велика. Я умею ценить верность. Обычная ежемесячная доля командира отряда в нашем участке составляет одну тысячу юаней. В этом конверте три тысячи. Лишние две – мой личный подарок в честь твоего вступления в нашу семью Западного округа.
Цзинчуань вспомнил, что в день его назначения она тоже говорила дежурные слова о вступлении в ряды полиции округа. Но только сегодня он по-настоящему стал своим в этой банде.
— Для меня огромная честь служить под вашим началом! — Он без малейших колебаний забрал конверт и склонил голову в знак преданности.
Улыбка Ивлин стала еще шире. Она поднялась, подошла к нему вплотную и лично поправила чуть съехавший воротник его кителя.
Она стояла так близко, что Цзинчуань почувствовал тонкий, пьянящий аромат ее французских духов. Ему достаточно было чуть опустить взгляд, чтобы увидеть в вырезе блузки кружево белого бюстгальтера и манящую ложбинку пышной груди.
Но он стоял неподвижно, как каменное изваяние, глядя строго перед собой.
Его внутренний стержень оставался крепок.
— Старайся, и я обязательно замечу твои успехи, — тихо произнесла она, забирая сумочку, и направилась к выходу.
Цзинчуань развернулся и почтительно поклонился вслед:
— Счастливого пути, госпожа начальник!
Только когда ее высокая, аппетитная и чертовски сексуальная фигура скрылась за дверью, он разогнул спину и посмотрел на зажатый в руке конверт.
Базовый оклад командира отряда со всеми надбавками составлял около трехсот пятидесяти юаней.
А ежемесячная «добавка» от Ивлин – целую тысячу. Неудивительно, что весь участок подчинялся ей беспрекословно.
Люди всегда идут за тем, кто наполняет их карманы.
Цзинчуань крепче сжал конверт. В его груди разгоралось пламя амбиций.
Достаточно ли ему жалкой тысячи в месяц?
Нет!
Рано или поздно он сам станет тем, кто распределяет эти конверты!
Комментарии