— Вид у тебя такой, будто ты витаешь в облаках… — начал начальник Лю.
— Почки отказали? — Закончил он.
Этим утром Лю, сжимающий в левой руке серебристо-белый металлический чемодан, а в правой – стальной термос, появился как обычно.
Едва завидев Бай Чжоу, он вздрогнул от вида его густых темных кругов под глазами.
— На нашей базе ведь не продают ничего такого, что могло бы помешать здоровому развитию молодежи, а?
— Вы же знаете, начальник… у меня акклиматизация, — Бай Чжоу выдавил из себя бледную улыбку, но его остекленевшие глаза больше походили на глаза дохлой рыбы, забытой на полгода в недрах морозильника.
— Ах да, я и забыл, что в Мире Отраженных Руин в сутках тридцать шесть часов.
Под немигающим взглядом Бай Чжоу начальнику Лю стало не по себе. Он невольно заскучал по тому ясноглазому и простодушному пареньку из Ваньчэн, которого встретил в первый раз.
— Знаешь, ты можешь и не улыбаться.
О большем Бай Чжоу и не просил.
Он тут же убрал улыбку. Даже это простое движение отнимало у него последние силы. В режиме жесткого «энергосбережения» он жил уже три дня.
И все эти три дня каждую ночь проходили изнурительные тренировки с Ворон.
Три дня!
Бог знает, через что ему пришлось пройти. Образ элегантного и таинственного искателя знаний рассыпался в прах. Перед миром предстала жертва насильственного обучения, которая шаталась при ходьбе и которую тошнило при виде любого мистического символа.
Прежде чем приступить к изучению техники «Пепел Луны», нужно было заложить фундамент. Поэтому Бай Чжоу три ночи напролет отрабатывал взмахи клинком – по две тысячи раз за тренировку.
Стоило стойке или ритму дыхания хоть немного сбиться, как Ворон с ледяным лицом била его по рукам.
— Представь, что перед тобой пролетает ласточка, и сруби ее… Не оставляй места для раздумий, пусть удар станет твоим инстинктом!
И это была лишь часть, касающаяся «секретной техники», или, проще говоря, физической подготовки.
После упражнений с мечом приходилось учиться рисовать…
Сначала – наброски яиц. Затем – бесконечное копирование мистических символов: скорость должна быть молниеносной, а точность – безупречной.
Одна кривая линия – и на тебя устремлялся пугающий, бездонный взгляд Ворон.
— Почти. Почему опять «почти»?
Голос Ворон звучал бесстрастно и сурово:
— Стоит одной линии искривиться, и ритуал исцеления превратится в убийство, а боевая техника – в приготовление мороженого.
— Защитный амулет станет приманкой для бед, и даже если ты просто пойдешь по улице, птичий помет изогнется в воздухе, чтобы попасть точно в тебя.
— Ты ведь не хочешь, пытаясь очиститься от скверны, из-за ошибки в символе начать безостановочно выплевывать слизней?
За рисованием символов следовала зубрежка звездных карт под всеми возможными углами. Бай Чжоу всегда считал созерцание звезд чем-то романтичным, но теперь у него развилась трипофобия от одного вида этого небесного скопления.
Даже сон за это время стал непозволительной роскошью.
Потому что, когда тренировка наконец заканчивалась и Бай Чжоу готов был рухнуть на кровать, чтобы впасть в спячку подобно ленивой коале…
Ворон как ни в чем не бывало доставала откуда-то хрустальный шар.
Юноше велели подкладывать этот окутанный морозным туманом артефакт под задницу и заменять сон медитацией в позе лотоса.
Шар был холодным как лед и нещадно давил, но стоило признать – метод «медитации», которому его научила Ворон, был чудесен.
Он не только помогал быстро восстанавливать душевные силы, но и позволял дыханию войти в резонанс с пульсацией внутренней духовности, что снимало усталость и постепенно укрепляло тело.
Но вчера вечером Ворон добавила еще одно упражнение для тренировки разума.
Она потребовала, чтобы после медитации он попробовал согнуть ложку усилием воли.
Бай Чжоу считал это сказкой. Но он всё равно полночи пялился в секретной комнате общежития на пластиковую ложку, принесенную из столовой после обеда с мапо тофу.
Это и привело его сегодня в состояние крайнего упадка сил.
— Открой глаза, парень! — Начальник Лю похлопал Бай Чжоу по плечу. — Молодежь должна быть полна энергии, как утреннее солнце. А ты на что похож? Безобразие!
— Ладно, пойдем в столовую позавтракаем. Чашка настоящей супа хулатан – и заряд бодрости на весь рабочий день обеспечен!
Вчера он говорил то же самое. И Бай Чжоу уже три дня подряд пил этот суп вместе с ним.
После начальной подготовки, согласно традиции преемственности, каждому новичку назначили «наставника», за которым он должен был следовать и вникать в работу.
Насколько знал Бай Чжоу, ранги этих «старых мастеров» обычно были в районе P2.
Но то ли из-за его особой конституции, то ли из-за слов, сказанных перед Черной Камерой, которые впечатлили начальника Лю, стажировка Бай Чжоу проходила под личным руководством самого Лю. Старт выдался заметно выше, чем у остальных.
Однако и требования у начальника Лю были самыми высокими.
Хотя в личном общении Лю казался вполне добродушным, в работе он становился суров и не терпел ни малейших отклонений от правил.
Благодаря этому Бай Чжоу уже полностью освоился со своими обязанностями и получил первое представление о жизни Департамента Особого Контроля.
По дороге в столовую было людно. Оперативники в костюмах шли группами, а те, что в плащах, спешили по делам, сжимая в руках механические чемоданы.
На площади, где когда-то казнили Черную Мантию, он снова увидел знакомых исследователей в белых халатах, которые делали разминку – махали руками и ногами.
Из громкоговорителей гремела музыка. В прошлый раз вечером играло «Федерация призывает», а сейчас для утренней зарядки включили что-то под названием «Радужный свет».
Мимо прошел патруль полностью экипированных солдат. Все как на подбор рослые крепыши, их армейские ботинки гулко чеканили шаг, а взгляды были острыми, как у хищников на охоте.
Но завидев начальника Лю, они все вытянулись во фрунт и отдали честь.
Лю ответил, и Бай Чжоу последовал его примеру.
— Служба безопасности подчиняется напрямую военным, — заговорил Лю, когда патруль удалился. — Причем здесь профессиональные военные, они служат пожизненно.
— Но и наши оперативники не промах. Каждый сотрудник ранга P2 и выше имеет статус госслужащего Федерации и спецпайки.
— Начальник, посмотрите… — Бай Чжоу моргнул и указал вдаль. — Что там происходит?
Вдалеке, в туманной утренней дымке, среди одного из патрульных отрядов возникло оживление.
Толпа расступилась, и оттуда в спешке выбежали несколько человек, неся носилки.
Когда они вынырнули из тумана и приблизились, Бай Чжоу мгновенно растерял всю сонливость. Он понял, что эти существа не совсем люди.
По крайней мере, они разительно отличались от жителей Голубой планеты и больше походили на «инопланетян», какими он их себе представлял.
На первый взгляд казалось, что из тумана выходят скелеты, но при ближайшем рассмотрении это оказались куда более пугающие и непонятные создания.
На черных, лишенных эмоций лицах странно поблескивали выпуклые стеклянные глаза. Носы, отливающие темным металлом, напоминали огромные пятачки, от которых симметрично расходились две изогнутые спиральные трубки.
Как и увидел Бай Чжоу – это были окутанные плащами демоны тумана, бегущие сквозь клубящиеся испарения.
Нет…
Бай Чжоу быстро подобрал более точное слово, вспомнив детские сказки.
— Пятачковые демоны! — Выпалил он.
— Кхе! Кхе-кхе! — Начальник Лю поперхнулся на месте, закашлявшись, хотя и не курил.
— Это противогазы! Это оперативники Департамента вернулись с задания! — Он сердито зыркнул на Бай Чжоу.
— …Потом объясню тебе про противогазы, жди здесь!
С этими словами он поспешил навстречу группе.
— Что случилось?
Лю подхватил край носилок и припустил рядом с отрядом.
— Опять этот чертов Тайный Свиток Мертвого Моря! — Раздался приглушенный голос одного из оперативников в маске.
Группа пробежала мимо Бай Чжоу, до него долетели обрывки жалоб:
— Мы ищем Свиток, Культ Поклонения Крови ищет его как сумасшедший… Вот и столкнулись.
— Сколько парней уже полегло из-за этой дряни.
— И о чем только наверху думают…
Комментарии