— Послушай, Ворон, — Бай Чжоу сглотнул слюну.
— Что?
— Может быть… я имею в виду, только может быть…
Бай Чжоу постарался придать голосу максимально непринужденный тон, прежде чем сбросить эту «бомбу»:
— Возможно, у меня есть наследие знаний пути «Авантюриста».
Ворон: «?»
— Невозможно!
Она тут же отмела бред Бай Чжоу.
Но, взглянув в его чистые, честные глаза, Ворон внезапно вспомнила о той половине запретного иероглифа, и ее взгляд стал недоверчивым.
— Это из… Тумана Знаний?
Бай Чжоу кивнул.
В комнате воцарилась необычайная тишина.
Пламя свечи на полу дрогнуло, освещая… застывшее лицо девушки.
— У меня всё не было случая об этом рассказать.
Голос Бай Чжоу слегка напрягся:
— Когда я исследовал Туман Знаний, помимо того обрывка символа, я поймал золотую искру.
— В ней было наследие знаний под названием «Удар Святого Обета».
— Я не понимаю письменности, которой оно записано, но я узнал символ в самом начале…
Бай Чжоу указал на знак со скрещенными мечом и ножом на столе:
— Там был точно такой же символ.
«Бум!»
Пламя ярко вспыхнуло.
Двенадцать завес заколыхались, точно волны на воде.
Под стать трепету в сердце Ворон.
Полы ее черного плаща едва заметно шевельнулись. Она стояла неподвижно, храня молчание.
Долго и со сложным выражением лица она разглядывала Бай Чжоу, пока наконец не выдохнула и не качнула головой, словно смирившись:
— Можешь… записать это для меня?
…
— Невероятно, это действительно путь «Авантюриста»…
Огонь колыхался.
Ворон тихо вздохнула; с ее ладони сорвался язычок пламени, поджигая лист бумаги с записями.
Пепел развеялся в воздухе. Она повернулась к Бай Чжоу.
После получасового изучения Ворон подтвердила:
— Поздравляю.
— Похоже, ты и впрямь станешь «Избранником Судьбы»!
Всё было так, как и предполагал Бай Чжоу.
«Удар Святого Обета» действительно был секретной техникой пути «Авантюриста».
Более того, это была вводная техника, аналогичная по уровню «Пеплу Луны»!
— У этой штуки весьма серьезное происхождение.
Раздался тихий звук шагов; скользнув мимо пляшущих по полу теней, Ворон подошла к Бай Чжоу.
Ее глаза сияли необычайно ярко, в них горела жажда знаний.
— Я использовала ритуал, чтобы расшифровать тайнопись, и обнаружила, что этот «Удар Святого Обета» – лишь фрагмент. Его истоки восходят к Запретному Писанию уровня «Тайного Свитка».
— Жаль, что он слишком сильно поврежден, многие данные безвозвратно утрачены.
— Я узнала лишь, что он, кажется, происходит из некоего древнего ордена, но эта информация сейчас бесполезна.
Договорив, Ворон разочарованно вздохнула.
Похоже, даже для нее артефакты класса «Тайного Свитка» обладали огромной притягательностью.
Но Бай Чжоу навострил уши.
«Тайный Свиток»?
Что это значит… уровень «Тайного Свитка»?
Является ли «Тайный Свиток Мертвого Моря» таким артефактом?
Не успел Бай Чжоу развить эту мысль, как голос Ворон зазвучал вновь:
— Даже сама техника «Удара Святого Обета» неполная: есть только вторая часть, без первой.
— Другими словами, в ней есть раздел для развития Сердца, но не хватает главы для тренировки Тела.
— Как это…?
Огонек надежды в глазах Бай Чжоу пригас.
Подавляя нахлынувшее разочарование, он тихо спросил:
— Значит, ее нельзя использовать?
Как жаль. Путники в пустыне обычно умирают не от первоначальной жажды.
Они гибнут во время последнего броска, когда уже увидели оазис.
— Я этого не говорила.
Но тут Ворон словно обрушила с небес огромный оазис с полноводными источниками.
— Для других это могло бы стать проблемой.
— Но не для меня.
Ее голос оставался холодным, а лицо бесстрастным.
Но для Бай Чжоу эти слова прозвучали как музыка.
— Путь Авантюриста действительно сильно отличается от пути Охотника, о многих подходах я даже не задумывалась… Однако на начальном этапе все дороги ведут к одной цели.
— Имея часть «Удара Святого Обета» для Сердца, я на восемьдесят процентов уверена, что смогу восстановить упражнения для Тела методом обратного вывода.
— Более того… — Ворон взглянула на ножку от табуретки в руках Бай Чжоу. — …Твои изнурительные тренировки последних дней не пройдут даром.
— Правда? — Бай Чжоу поднял ножку табуретки, и она внезапно показалась ему куда более симпатичной.
После десятков тысяч взмахов он так и не освоил «Пепел Луны», зато сам едва не начал дымиться от натуги.
Ворон кивнула:
— «Пепел Луны» происходит из одной исчезнувшей древней школы пламени. Ходили слухи, что эта школа была тесно связана со школой Митры, которая тысячу лет назад славилась своими методами закалки Тела.
— Я планирую взять квинтэссенцию упражнений для Тела из «Пепла Луны» и объединить их с «Ударом Святого Обета».
— Мне хватит одной ночи, чтобы вывести улучшенную технику на основе «Удара Святого Обета», сочетающую достоинства обоих путей.
— Назовем ее… «Удар Святой Клятвы Лунного Пепла»!
Удар Святой Клятвы Лунного Пепла!
Свет в конце тоннеля.
Бай Чжоу накрыла волна восторга от внезапно вернувшейся надежды.
Он широко раскрыл глаза и едва не начал размахивать ножкой табуретки, выражая поддержку Ворон.
Но в этот момент она задала вопрос:
— Ты точно уверен, что хочешь идти путем Искателя приключений?
— Разумеется!
Бай Чжоу ответил без колебаний.
Кто захочет оставаться посредственностью, обычным экстраординарным, если есть шанс стать Избранником Судьбы?
— Но «Удар Святого Обета» позволит тебе развить Тело и Сердце лишь до уровня Искателя приключений 2-го ранга.
— После этого тебе придется полагаться только на удачу в Мире Отраженных Руин.
Ворон предупредила его со всей серьезностью:
— Даже если экстраординарные пути Авантюриста естественным образом притягивают знания своего пути, эта дорога обречена быть полной грязи и опасностей!
— С другой стороны… путь «Охотника», хоть и не так идеально подходит твоей Нити Судьбы, полностью обеспечен моими знаниями на много шагов вперед.
Ворон умолкла.
Пламя удлиняло их тени, стоящие друг против друга. Ее вопрос бил прямо в душу:
— Ты уверен, что готов бросить всё это, приложить в десять раз больше усилий и выбрать путь «Авантюриста»?
— Советую хорошенько подумать.
Бай Чжоу кивнул.
Снова настал момент выбора.
Большую часть времени люди не знают точно, чего они хотят.
Ведь человек живет лишь раз; он не может сравнить свою жизнь с предыдущей или исправить ее в следующей.
Всё проживается мгновенно, единожды, без подготовки.
Но в этот раз…
— Но если я выберу неподходящий моей судьбе путь «Охотника», как далеко я смогу зайти?
Бай Чжоу не спешил с ответом, задав встречный вопрос:
— Смогу ли я достичь твоих высот?
— Смогу ли решить… твои проблемы?
Ворон опешила.
Она никак не ожидала такого ответа.
И уж тем более не думала, что его решение будет связано с ней.
Бай Чжоу, даже без ее слов, кое-что замечал. У нынешнего состояния Ворон явно была причина.
Просто сейчас он был не в том положении, чтобы касаться этой темы.
Ответом Ворон на этот вопрос было…
Молчание.
Но молчание тоже было ответом.
— Я понял, — Бай Чжоу кивнул.
Затем он принял решение.
Раз уж он ступил на эту дорогу, полную неизвестности, пусть будущее будет еще более непредсказуемым.
Раз уж он решил карабкаться вверх, нет смысла не смотреть на самую вершину.
Огонь удлинил тень Бай Чжоу.
Он серьезно ответил:
— С меня хватит дней в Ваньчэн, когда будущее было видно насквозь.
Теперь он хотел жить иначе.
— Ворон, не хочешь попробовать поверить в меня?
— Поверить, что на пути «Авантюриста» я смогу зайти гораздо дальше, — сказал Бай Чжоу.
— Настолько далеко, что в один прекрасный день смогу тебе помочь.
— Кто знает, может, в следующий раз, когда я отправлюсь в Мир Отраженных Руин… — добавил он полушутя, — …я вернусь с целой охапкой новых знаний?
Ворон бросила на него сердитый взгляд:
— С чего бы это?
— Ты думаешь, Мир Отраженных Руин – это твоя семейная лавка?
Бай Чжоу лишь улыбнулся, ничего не сказав.
Человек не может заранее знать, чего он хочет, но на этот раз всё было иначе.
Бай Чжоу сжульничал.
Руины поля битвы, куда вел золотой пропуск, были повсюду усеяны символами пути «Авантюриста».
Комментарии