— Или еще раньше, в 1429 году, Жанна дАрк, «Святая Жертвенного Костра» из Инквизиции, вышла на поля Реймса и стряхнула звезды Авалона.
— История всегда была историей экстраординарных: они управляют странами, двигают идеи, — чеканила Ворон. — Только став одним из них, ты получишь право распоряжаться собственной судьбой.
«Распоряжаться собственной судьбой».
Бай Чжоу приободрился:
— Что мне нужно делать?
— На Голубой планете девяносто девять процентов людей не подозревают о существовании «тайного», и уж тем более не могут стать экстраординарными. Еще со времен Средневековья мы привыкли держаться в тени.
Пылающий меч в руках Ворона начал таять и исчез. Она раскрыла ладонь, и над ней медленно собрался шар золотистого пламени, тихо пульсирующий в воздухе. В отличие от ревущего синего огня начальника Лю, это пламя было тихим, но Бай Чжоу чувствовал, что оно во много раз опаснее.
— Можно сказать, тебе повезло со временем. Первый шаг экстраординарного – пробуждение собственной «Нити Судьбы», но обычно это требует долгих лет тренировок и учебы, что отсеивает девяносто процентов бесталанных.
— Пока не появилось это…
Под ошеломленным взглядом Бай Чжоу подпаленные ломтики огурца и дольки мандарина, ведомые невидимой силой, взмыли в воздух. Они выстроились в сложную фигуру, вращаясь вокруг золотого пламени на ладони девушки. Золотой огонь разделился на крохотные искры, поджигая каждый элемент.
В следующий миг комнату словно залил свет далеких созвездий. Огненные искры сложились в звездную карту.
— В 1753 году «Три мудреца Франции» создали чудо под названием «Зелье Пробуждения», что радикально снизило цену пробуждения Нити. С тех пор число тайных экстраординарных начало стремительно расти.
Ворон продолжала:
— С этого момента экстраординарные стали истинными хозяевами мира.
Великолепная звездная карта, вращающаяся над её рукой, напоминала очертания могучей медведицы. В её хвосте особенно ярко сияли семь звезд, выстроившиеся ковшом.
— Созвездие Большой Медведицы, Северный Ковш… Они разгоняют туман тайн и указывают путь. Неважно, что служит посредником, важна сама суть Зелья Пробуждения.
Ворон взмахнула рукой, и карта вспыхнула. Каждая звезда начала сжиматься, источая жидкий звездный свет, который потек вниз тонкими золотыми нитями, подобно расплавленному меду.
— Сосуд тоже не имеет значения, — добавила она и внезапно притянула к себе коробку с недоеденной лапшой Бай Чжоу.
— Ты же сказала, что не ешь! — Бай Чжоу замер с палочками в воздухе.
Золотые нити упали в контейнер, собираясь в чистую сияющую эссенцию, связывающую мир материи с миром духовности. Жидкость идеально смешалась с бульоном, и каждая нить лапши начала испускать мягкий золотистый свет, озаряя лицо юноши мириадами искр.
— Твоё Зелье Пробуждения.
«Хлоп!», – Ворон водрузила сияющую коробку на стол.
Рекламный слоган на боку «Столетние традиции, лапша ручной работы» теперь выглядел крайне сюрреалистично.
Светящаяся… золотая лапша с говядиной?
Заметив шок Бай Чжоу, Ворон сухо кивнула:
— Не благодари.
— Чтобы стать экстраординарным… мне нужно просто съесть лапшу? — Бай Чжоу щурился от нестерпимого блеска.
— Это «ритуал», — пояснила Ворон. — Ровно в полночь, перед зеркалом, ты должен принять Зелье Пробуждения. Твой дух сможет украсть знания из отражения в зеркале и тем самым закрепить твою Нить Судьбы.
— Украсть? — Не понял Бай Чжоу.
— Кем ты считаешь экстраординарных? — Спросила она. — Святыми, возвысившимися над миром, земными богами? Нет. Фридрих Ницше, мудрец из культа Гермеса, сокрушивший тайное общество Фауста, однажды сказал: «Все экстраординарные – лишь жалкие воришки, крадущие тайны мира». Мы бессовестно копаемся в наследии истории, подло воруем силу с «изнанки» планеты. Великий экстраординарный – это прежде всего выдающийся археолог и умелый расхититель гробниц, ибо всё, что у нас есть, взято оттуда.
Ворон указала на электрическую лампочку на потолке:
— Даже современные технологии человечества – пар, атом, квантовая теория – выросли из раскопок и изучения обломков былых цивилизаций. По сравнению с затерянными сверхцивилизациями древности, наши пять тысяч лет истории – лишь лепет младенца.
— Затерянные цивилизации… — Бай Чжоу вспомнил о золотой карточке. — А ты слышала о Чжулоцзи? Это тоже затерянная цивилизация?
— Юрский период? — Ворон на мгновение опешила, а затем улыбнулась. — О, еще как. Эпоха динозавров, действительно древняя и затерянная, в учебники истории такое не попадает.
В те времена повсюду были одни рептилии, никакого намека на разумную жизнь. Откуда Бай Чжоу набрался таких слов? Нужно будет найти ему энциклопедию «Сто тысяч „почему“».
— Динозавры?
— Да, огромные рептилии, вроде гигантских ящериц.
— О-о…
Бай Чжоу невольно представил императрицу Ирину верхом на динозавре. Тот оборванный образ за прялкой… неужели она когда-то была настолько могущественна?
Аромат кофе пронесся мимо Бай Чжоу; взметнулись полы черного плаща – Ворон направилась к ванной.
— Весь финал времен сошелся на «изнанке» Голубой планеты. Там можно встретить реликвии любых эпох и блуждающие души. Эхо Атлантиды, руины Эльдорадо – остатки бесчисленных цивилизаций громоздятся там. Для обычного человека это ад, который нельзя видеть, но для экстраординарных – это рай.
— В прошлом люди называли это Эдемом, Нибельхеймом, страной мертвых или Персиковым источником…
«Хлоп!», – Ворон вынесла из ванной зеркало и поставила его перед Бай Чжоу.
— А сейчас мы называем это Миром Отраженных Руин.
— Мир Отраженных Руин… — Бай Чжоу уставился на свое отражение. С самого начала он надеялся, что Ворон поможет ему найти Ваньчэн, оставшийся в том измерении. Но теперь он понял: то место куда опаснее, чем он воображал.
— К сожалению, даже выпив зелье, ты не получишь права исследовать Мир Отраженных Руин, пока не закрепишь Нить Судьбы и не станешь полноценным мастером, — Ворон безжалостно окатила его холодным душем реальности. — Ваньчэн был лишь на окраине того мира. Культ Поклонения Крові возвел стены, которые были клеткой, но они же и защищали вас. Настоящий Мир Отраженных Руин кишит опасностями, там невозможно выжить, не говоря уже об исследованиях.
Она указала на зеркальную гладь:
— Дать обычному человеку возможность через ритуал связаться с отражением и безопасно украсть силу из щели между реальностями… В этом и заключается величайшее «чудо» Зелья Пробуждения.
… Последующее время Ворон помогала Бай Чжоу с приготовлениями. Незаметно подкралась полночь.
23:58.
Свет погас. На полу дрожало пламя свечи. Дольки мандарина и ломтики огурца были выложены в форме Северного Ковша, а сверху Ворон капнула немного розового масла.
Блики свечи плясали на её лице: — «Откровение», упрощенный вариант древнегреческого ритуала Элевсинских мистерий. Используется специально в паре с Зельем Пробуждения.
— Так вот какой он… мир за пределами Ваньчэна? — Завороженно прошептал Бай Чжоу. — Вот какая она, Голубая планета?
— Это только начало, — покачала головой Ворон. — Ритуалы, тайные техники – тебе не хватает слишком многого. Как только пробудишь Нить Судьбы, я начну твое обучение. Готовься к суровым испытаниям!
Бай Чжоу внутренне подобрался.
— Зато, — продолжала она всё тем же ровным тоном, — если выдержишь и оправдаешь мои ожидания, тебя ждет полное перерождение. Как минимум, превзойти элиту Департамента, полагающуюся на свои железки, тебе не составит труда. И в грядущем хаосе у тебя будет достаточно сил, чтобы выжить. Когда это случится, высшее руководство обратит на это место внимание – и это будет твой шанс проявить себя.
Сердце Бай Чжоу забилось еще сильнее. Уверенность Ворона была заразительной, и ему всё больше хотелось узнать, кто же она такая на самом деле.
«Дон…»
Гул колокола с центральной башни базы прорезал ночную тишину.
00:00. Ритуал начался.
— Пора, — сказала Ворон. — Произнеси заклинание перед зеркалом!
Бай Чжоу подхватил палочки и отправил в рот порцию сияющей лапши. Затем он отчетливо произнес слова, которым его научила Ворон:
— Сезам, откройся!
Как она объяснила, это древнее заклинание означало:
— Сезам, откройся.
Едва слова сорвались с губ, золотая лапша растаяла во рту, превращаясь в поток жара. В голове словно что-то взорвалось; Бай Чжоу почувствовал, будто плывет среди звезд. Воздух вокруг стал густым и вязким, в ушах зазвучал таинственный, едва различимый шепот – далекий, странный, ритмичный, похожий на монотонное пение.
Голова раскалывалась. Он изо всех сил старался сохранить рассудок, но желание вслушаться в этот шепот становилось невыносимым. Тени в комнате удлинились, из зеркала повалил густой серый туман – хаотичный, бескрайний, поглощающий отраженный мир.
Всё в зеркале размылось, и единственным четким образом остался сам Бай Чжоу. Клубы тумана переливались через край рамы, расстилаясь у его ног.
Бай Чжоу не мог отвести взгляда от своего отражения. В следующую секунду «Бай Чжоу» в зеркале… улыбнулся ему.
«…?!», – волосы на затылке встали дыбом.
В мгновение ока картина изменилась. Серый туман исчез, в зеркале застыл Бай Чжоу с ошеломленным лицом, за его спиной виднелась комната и фигура Ворона. Шум голосов стих, наступила оглушительная тишина, а у ног всё так же лениво перетекал туман.
… Туман?
Бай Чжоу вздрогнул и огляделся. К своему ужасу, он обнаружил, что стоит на краю бескрайнего серого марева.
«Я… я попал внутрь зеркала?»
Комментарии