— Войдите.
Из-за двери донесся низкий, хрипловатый голос с едва заметной дрожью.
Собравшись с духом, Осман Нури толкнул тяжелую дверь кабинета.
— Учитель Йылмаз, — тепло поприветствовал он наставника.
Йылмаз с каменным лицом посмотрел на вошедшего. Он не произнес ни слова, лишь буравил Османа Нури суровым взглядом.
Под этим взором Осману Нури стало не по себе, и он поспешно исправился:
— Йылмаз-паша.
Только тогда лицо старика немного смягчилось. — Сколько раз я тебе повторял: вне стен академии обращайся ко мне официально. Ты все не унимаешься, каждый раз приходится на тебя смотреть, пока ты не соизволишь назвать меня пашой. Неужели я этого не достоин?
Осман Нури, слушая ворчание старика, понял, что учитель сменил гнев на милость, и заговорил доверительнее:
— Учитель, мне просто казалось, что так наше общение будет душевнее.
— Дома ты можешь звать меня учителем, но в кабинете Военного министерства я для тебя – паша, — отрезал Йылмаз в своей сухой манере.
— Слушаюсь. Вы правы, учитель, — покорно склонил голову Осман Нури.
— Слушаешься, но все равно делаешь по-своему, так? — Недовольно буркнул Йылмаз. Не дожидаясь ответа, он спросил в лоб:
— Ты пришел по делу или просто так?
— Есть одно дело, — признался Осман Нури.
— Говори, — лаконично распорядился Йылмаз-паша.
— Я хотел бы попросить вас присмотреть за некоторыми людьми, — начал Осман Нури.
— Мой кабинет – не место для протекций, — холодно оборвал его Йылмаз.
— Учитель, это крайне важно для меня. Все они – офицеры, окончившие нашу академию. Я лишь прошу помочь им получить то отношение, которого они заслуживают по праву, — горячо заговорил Осман Нури.
Услышав об выпускниках академии, Йылмаз немного оттаял:
— Осман Нури, ты мой любимый ученик, и я тебе доверяю. Но я хочу знать, во что ты ввязался.
Осман Нури промолчал, опустив глаза.
Лицо Йылмаза посуровело, он понизил голос до шепота:
— Это связано с его высочеством Мурадом? Это он поручил тебе собирать сторонников в армии?
— Твое назначение на пост командующего провинцией в Восточной Румелии было предложено принцем Мурадом. Значит, и это сектантство в рядах войск – тоже его рук дело?
— Осман Нури, ты хоть понимаешь, что творишь? Это же чистой воды мятеж!
— Учитель, принц Мурад здесь ни при чем. Это исключительно моя инициатива, — твердо ответил Осман Нури.
Йылмаз на мгновение лишился дара речи от такой прямоты, но гнев его не утих:
— Значит, это ты задумал восстание?
— Я не считаю это восстанием, — упрямо заявил Осман Нури. — Но если вы полагаете иначе – воля ваша, можете донести на меня. А теперь позвольте откланяться. Прощайте, учитель.
С этими словами он направился к выходу.
— Постой… зайдешь ко мне домой позже, — окликнул его Йылмаз, когда тот уже взялся за ручку двери.
Осман Нури, не раздумывая, вернулся к столу паши.
— Неужели без этого никак? — Спросил Йылмаз дрожащим голосом.
Молчание Османа Нури было красноречивее любых слов.
— Ладно, ладно, — пробормотал старик. — Ты еще упрямее меня, а все меня попрекаешь. Эх…
Осман Нури виновато посмотрел на него:
— Простите, учитель, что снова втягиваю вас в неприятности.
— Хм! Стоило мне согласиться, как ты вдруг вспомнил о неприятностях. А когда просил, о чем думал? — Йылмаз сердито запыхтел, топорща усы.
Осман Нури пристыженно молчал. Он понимал, что пользоваться любовью учителя в таких целях – поступок не самый благородный.
Йылмаз-паша был болен и не имел детей. Это было проклятием его рода: и отец, и дед, и прадед страдали бесплодием.
Три поколения их семья держалась на единственном наследнике, но на Йылмазе эта нить, похоже, обрывалась.
Ему было уже шестьдесят один, и шансы на продолжение рода стремились к нулю.
Если бы его жена вдруг забеременела, старик скорее заподозрил бы неладное, чем обрадовался наследнику.
Впрочем, возраст и недуги не мешали Йылмазу-паше жениться. В прошлом году он взял в дом четвертую жену – шестнадцатилетнюю красавицу.
Не имея собственных детей, он относился к Осману Нури, своему лучшему ученику, как к родному сыну.
Только благодаря этой глубокой привязанности Осман Нури решился открыться ему и рассказать о тайном обществе в армии.
— Учитель, Элиф ждет меня у входа, не буду вас более отвлекать, — сказав это, Осман Нури попрощался с пашой.
— Иди уж, иди, — нетерпеливо махнул рукой Йылмаз.
Осман Нури покинул кабинет и быстрым шагом направился к выходу из министерства.
Подойдя к Элифу, он выдохнул:
— Я закончил.
— Что сказал учитель Йылмаз? Он согласен? — С надеждой спросил Элиф.
— Да. Сегодня вечером мы приглашены к нему домой для серьезного разговора, — Осман Нури не смог сдержать торжествующей улыбки.
— Это просто великолепно! — Воскликнул Элиф. Он подхватил друга под руку. — Пойдем скорее, ты проделал долгий путь из Пловдива, тебе нужно отдохнуть.
— Вечер будет непростым, так что наберись сил.
— Твоя правда, — согласился сияющий Осман Нури.
Согласие Йылмаза было огромной удачей для них и для всего Общества Прогресса.
С таким покровителем Общество ждал бурный рост.
Пусть высший генералитет пока оставался недосягаем, но теперь приток офицеров среднего звена был обеспечен.
Комментарии