Что еще Османская империя могла предложить Британии и Франции в обмен на лояльность?
Мурад погрузился в раздумья. Честно говоря, у империи почти не осталось козырей – не потому, что она была бедна ресурсами, а потому, что всё ценное уже и так было роздано.
Дальше можно было торговать только самой землей.
Такие регионы, как Сирия, Триполи или Йемен, были желанной добычей для Европы, но Мурад не мог и не хотел ими разбрасываться.
Едва взойдя на престол, начать раздавать провинции? Подданные тут же заклеймят его никчемным правителем и, чего доброго, утопят в Золотом Роге!
Пусть эти земли в Северной Африке и на Ближнем Востоке пребывают в упадке, они должны оставаться османскими.
Вариант с продажей территорий не годился. Единственное, что еще пришло Мураду на ум – контрибуции или выплаты.
Он бросил на Фуада взгляд, полный немой просьбы о помощи: министр определенно знал о делах империи больше.
Фуад, поймав этот сигнал, продолжил:
— Ваше Величество, много ли вам известно о делах в Америке?
В Америке?
Говоря об этом континенте в 1862 году, Мурад первым делом вспомнил о Гражданской войне в США, где северяне и южане нещадно истребляли друг друга.
— Там полыхает междоусобная война, — ответил Мурад.
Фуад кивнул, явно оценив осведомленность султана:
— Именно так, государь.
— Но какая нам от этого польза? — Недоумевал Мурад.
Его познания ограничивались лишь ходом сражений: он знал, что в начале Конфедерация теснила Союз, но позже ситуация изменилась.
Он также помнил, что Британия, Франция и Испания помышляли о военном вмешательстве, надеясь расчленить Штаты.
«Неужели Фуад предлагает отправить наши войска в составе союзного контингента?» – промелькнула мысль.
Если так, то идея была не лишена смысла.
Пусть прямого проку империи от этого не будет, зато можно было задушить будущего мирового гегемона в зародыше.
Потенциал США был огромен, и Мурад охотно поддержал бы их разделение.
Это был отличный шанс вооружить османских христиан, передать их под начало союзников и бросить в американскую мясорубку. Пусть христиане воюют за христиан!
Мурад уже начал предвкушать такой сценарий.
Однако Фуад заговорил вовсе не о солдатах:
— Юг Америки обеспечивал более шестидесяти процентов потребностей Европы в хлопке. Теперь этот хлопок заперт на континенте из-за войны.
— Флот Севера установил морскую блокаду Юга, и поставки прекратились.
— В Европе возник острый дефицит сырья, особенно сильно это ударило по Британии, чьи связи с Америкой были наиболее тесными.
Фуад перевел дыхание.
— Из-за нехватки хлопка в Британии закрываются сотни текстильных фабрик, а рабочие остаются на улице.
— Экономика и порядок в стране под угрозой, и британское правительство сейчас лихорадочно ищет выход.
— Во Франции дела обстоят чуть лучше, но и их текстильная отрасль несет колоссальные убытки.
— Для обеих держав это стратегическая отрасль. Они не станут сидеть сложа руки и будут искать новые источники хлопка.
— Вот тот самый козырь, которым вы можете торговаться с Булвером и Мутье.
Фуад предлагал сделать империю главным поставщиком сырья для европейских ткацких станков вместо Америки.
Мурад всё понял, но оставался вопрос: где именно развернуть плантации?
Фракия и Анатолия не подходили – это были житницы страны. Засеять их хлопком означало спровоцировать продовольственный кризис.
Мурад отчетливо помнил, что именно голод в Анатолии стал искрой, приведшей к свержению его дяди Абдул-Азиза.
Тогда изголодавшиеся люди не пощадили султана. Если природное бедствие вызвало такой гнев, то что будет, если голод окажется делом рук человеческих? Участь в Золотом Роге станет неизбежной.
Раз эти регионы заняты пшеницей, то…
Мурад поднялся и подошел к стене, на которой висела карта империи.
Он коснулся пальцем Стамбула, передвинул его к Восточной Румелии, затем к Косово и, наконец, замер на одной области:
— Македония!
Следом он указал на другие точки:
— Албания, остров Крит и Кипр.
— Фуад-паша, я намерен насаждать посевы хлопка в этих четырех регионах! — Решительно объявил Мурад.
Земляки из Македонии и Албании, выкорчевывайте пшеницу! Султан научит вас выращивать нечто поинтереснее!
— Почему именно эти земли, государь? — Поинтересовался Фуад.
— Там есть готовые порты, и они близки к Европе, что облегчит торговлю, — пояснил Мурад. — В Македонии и Албании полно рабочих рук, а на Крите и Кипре хлопок даст средства к существованию будущим мигрантам.
Он уже всё продумал наперед. Как только восстание греков на Крите будет подавлено, острова Эгейского моря и Кипр ждет масштабная смена населения.
Грекам больше нельзя доверять эти стратегические клочки суши. Их переселят в Македонию, а на острова отправят турок и арабов.
Так империя навсегда пресечет любые попытки отделения и заодно ассимилирует часть арабов.
Мурад был одержим вопросом островов. Из своей прошлой жизни он помнил абсурдную морскую границу, где Греции принадлежало всё, что находилось дальше километра от турецкого берега.
Чтобы не допустить такого в будущем, он решил действовать на опережение, превращая эти земли в «исконно османские» через заселение.
Комментарии