Покушение?
Разумеется, Ронан ничего не знал. Он и сам был жертвой.
Ни о нападении «Общества Кровавой Руки» на Артура, ни о засаде вампиров на «Николь» ему не было ничего известно.
— Я совершенно не в курсе, — сказал он честно.
— Не знаешь?
Николь снова нахмурилась.
Путь к отходу – угнать лодку в порту вчера на рассвете – выглядел так, будто его отрепетировали.
Если бы он не знал заранее, что на причале будет засада, разве удалось бы сбежать так гладко?
Это и было одной из главных причин, почему она последовала за ним.
Она подозревала, что этот «Артур» что-то знает.
Её поездка в Редвудское Муниципальное Владение за войсками для подавления мятежа была совершенно секретной – о ней знали лишь несколько человек. И всё равно её маршрут раскрыли. Значит, протечка была где-то на одном из этапов.
Это она должна была выяснить во что бы то ни стало!
…
— Скорее, совпадение. У меня хорошая память – я запомнил расположение того порта. Ну и сделал кое-какие выводы… — понимая, что голословные утверждения неубедительны, Ронан взял лист бумаги и начал рисовать карту.
Он изобразил всю южную оконечность: место крушения поезда, координаты моста через реку у Трупной горы – всё пометил с поразительной точностью.
Горы, реки, города…
Доктор Николь не сводила с него глаз – не заметила и следа лжи. Потом перевела взгляд на его руку: он действительно чертил подробную карту, достойную военного атласа.
Только тогда она поверила в «хорошую память».
Ронан пояснил свой план:
— Чтобы переправить награбленное, налётчикам нужна вода – значит, у них есть лодки…
Прикидываться простачком? Смысла нет.
Здесь, на южных пустошах, где смерть подстерегает на каждом шагу, любую соломинку нужно хватать обеими руками.
В глазах Ронана этот таинственный незнакомец был не врагом, а, возможно, важнейшей «золотой юбкой» в его будущем!
Кем бы она ни была, одной её силы уже достаточно. Если не показать хоть какую-то ценность, о сотрудничестве с таким мастером не может быть и речи.
По мере его объяснений недоверие на лице Николь таяло.
Она и сама была опытным управленцем – не могла не понять замысел Ронана.
Вот только она никак не ожидала, что столь продуманный план мог прийти в голову старшему сынку Татароа.
Она словно о чём-то подумала, но не стала зацикливаться.
Впрочем, умение чертить карты ещё ничего не доказывало.
Если бы он заранее знал о засаде, то и карта местности у него была бы под рукой.
— Откуда ты знал, что те горцы придут к тебе? — Спросила Николь строго, помолчав. Этот вопрос не давал ей покоя с самого порога. Совпадение – от покупки волчьей шкуры до сих пор – было просто невероятным.
— А… ты об этом… — Ронан на мгновение задумался, приподняв бровь.
Не то чтобы он хотел напустить туману – просто не знал, как объяснить.
Потому что ответ, по сути, упирался в систему ценностей.
…
В рабовладельческом обществе аристократ и простолюдин – два разных биологических вида.
Аристократ не способен искренне заботиться о жизни человека со дна.
Вот почему поступок Ронана – покупка шкуры – показался Николь настолько странным, почти целенаправленным.
А то, что сегодня это аукнулось ему, выглядело как тщательно спланированная интрига.
Видя его колебания, Николь не захотела обходить эту занозу. Она высказала всё, что думала:
— Должна признать, твои хитрости и хватка меня удивили. Я тогда не поняла, зачем ты это сделал. Со стороны – покупка шкуры, чтобы выставить себя добрым лордом. А на деле – ты нарочно светил деньгами и ставил горца в безвыходное положение. В Серебряной крепости ему никто не помог бы, даже купи он снадобье. Пришлось бы идти к тебе. А ты бы дал ему лекарство и сделал так, чтобы он сам захотел пойти к тебе в услужение. Тебе же нужны были сведения о южных пустошах и безопасное убежище. Завербовав их, ты получаешь важнейшую информацию…
Эти слова, по сути, подводили итог всей истории.
— Но откуда ты знал, что они придут именно к тебе? — Повторила она вопрос. — А если бы не пришли?
С того самого момента, как Ронан вчера сумел раздобыть в Крепости кучу снаряжения, она поняла: всё идёт не так, как она предполагала.
А когда пришли горцы просить лекарство – это стало венцом почти идеального расчёта.
Она не могла успокоиться, пока не поймёт – ей казалось, что она упускает что-то ключевое.
— …
Ронан слушал с несколько странным выражением лица – он понял, что она всё не так поняла.
Она, наверное, решила, что это он натравил грабителей на Сюньши.
Нельзя не признать: она попала в точку в большей части своих рассуждений.
Покупая шкуру, Ронан действительно думал о таком особом сословии, как «горцы».
Раз они выживают в южных пустошах, значит, у них есть знание местных стоянок – а это повышало его собственные шансы на выживание.
А потом, когда он будет строить владение, понадобятся люди – и горцы подходили как нельзя лучше.
Покупка шкуры стала первым контактом с ними.
Хотя бы слух распустить.
Но он понимал: настоящая причина, по которой он это сделал, прозвучит неубедительно.
Потому что на самом деле он купил ту шкуру просто чтобы помочь старику.
Даже мысли не возникло, что он получит что-то взамен.
Он просто «отнёсся к человеку как к человеку».
Для него, выходца из другого мира, горец и аристократ ничем не отличались – и те, и другие люди.
А ответная услуга от горца? Не обязательна.
Хорошо, если будет. Не будет – не велика потеря.
На самом деле, как и сказала Николь, он не то чтобы совсем не думал о «хитростях».
Если бы он действовал с умыслом, он бы подождал, пока того Сюньши ограбят в Крепости, а потом бы снова «случайно» встретил его и отдал снадобье. Или подослал бы грабителей сам, чтобы замкнуть логическую цепь. Тогда бы всё было наверняка.
А не сидел бы и не ждал, когда они сами явятся – полагаясь на удачу и случай.
Но такой подход, если бы его раскрыли, мог бы дать обратный эффект.
Да и не хотел он так делать.
Он, по сути, уже умирал, и к жизни с её опасностями относился легче.
К тому же в его планах были и другие, не худшие варианты.
Способов связаться с горцами впереди хватало – нечего было спешить.
Но судьба распорядилась иначе.
Вот и всё.
…
Мысли промелькнули. Ронан взглянул в эти пристально следящие за ним глаза и почувствовал досаду.
Не мог же он сказать, что его система ценностей отличается от общепринятой?
Такое «совпадение» уж точно не прозвучало бы убедительно.
Он не стал опровергать её слова, а сказал полуправду:
— Я не считаю себя хорошим человеком, но и не настолько расчётлив. Просто хотел оставить себе путь к спасению. Даже если бы я не вмешался, Сюньши тех денег за шкуру не видать. Итог был бы тот же – его бы ограбили. Но я дал ему надежду. Например, если он придёт ко мне, пусть даже не захочет идти ко мне в услужение, я всё равно дам его семье лекарство.
Такие речи вполне укладывались в аристократическую логику.
Милость к низшим.
А не унижение до расчётов с каким-то мелким людишкой.
В комнате повисла тишина.
Доктор Николь обдумала его слова. Это было самое разумное объяснение.
Купил бы он шкуру или нет – горцу тех денег всё равно бы не видать, лекарства тоже. Ему бы пришлось идти к «Артуру».
Казалось бы – причина и следствие.
Но всё равно было в этом что-то чересчур удачное.
Сам Ронан признавал, что тут не обошлось без везения, и, чувствуя, что одной логикой не отделаться, добавил уже почти мистическую фразу:
— У моих земляков есть поговорка: когда не знаешь, что будет завтра, сделай хоть что-нибудь – дай колёсам судьбы шанс провернуться.
Это было от души.
Покупка той шкуры стала зерном, которое он закопал в землю.
Может быть, оно прорастёт. Может быть, нет.
Но надежда появилась.
И это зерно было не единственным. За три года ссылки он будет сеять и дальше – какое-нибудь да прорастёт.
Как раздача наград рабам-охранникам или вручение лекарства семье Сюньши на глазах у работников – всё это семена причин.
Просто ему повезло, что первое дало росток.
Николь посмотрела на него, словно её что-то задело, и погрузилась в раздумья, прошептав про себя: «Дать колёсам судьбы шанс провернуться?»
…
Ронан взглянул на Николь, которая больше не задавала вопросов, и понял, что, кажется, объяснил всё достаточно внятно.
Он знал: она не задержится в отряде, а после того, как раскрыла себя, и подавно.
Но Ронан не хотел, чтобы она уходила так быстро.
Держать рядом такую бомбу – риск, но и огромная удача. Ронан не считал, что в его положении без неё будет безопаснее.
Напротив, иметь рядом такого таинственного мастера – это давало чувство защищённости.
— По поводу покушения… я правда ничего не знаю. Но, по логике, подозрение падает на того, кому это выгодно. Или на того, кому станет выгодно в будущем, — прямо сказал он.
Ронан и раньше думал: почему эта женщина оказалась в одном поезде с «молодым господином Артуром»?
Совпадение? Вряд ли.
Но он так и не выведал, кто она.
— Если я не ошибаюсь, «Кровавый Демон» Зорн планировал устроить засаду на следующей станции после Редвуда… Но «Кровавая Рука» всё испортила, и ему пришлось напасть раньше, — продолжил Ронан, видя, что она задумалась.
Будь он на месте того, кто охотится за таким мастером, получив сведения, он бы готовил ловушку со стопроцентной гарантией.
А поспешность, как показала практика, дала жертве шанс уйти.
— Тот, кто нанял Зорна, мог быть не из тех мест, откуда ты едешь, но и из тех, куда ты направляешься. Или кто-то, кто не хотел, чтобы ты куда-то попала, — добавил Ронан.
Этими словами он словно перекрыл все пути: смысл был ясен – пока не разберёшься, лучше никуда не суйся, везде опасно. А текущее положение – относительно безопасно.
— …
Николь, конечно, поняла намёк и подняла взгляд на Ронана.
Подумав мгновение, она, видимо, не нашла лучшего выхода и сухо сказала:
— Я побуду ещё несколько дней. Лучше продолжай притворяться, что ничего не знаешь.
Сначала она решила, что как только выяснит всё, сразу уедет.
Но после разговора она поняла: «Артур» куда умнее, чем она думала.
И нельзя не признать – он прав.
О её маршруте знали лишь самые доверенные люди, имперский канцлер Немо и пограничный фог.
Комментарии