]
Мертвая тишина в Обители Упокоения.
Под безмолвным надзором бесчисленных надгробий нарядно одетый юноша противостоял банде здоровяков в костюмах с чемоданами.
Стоявший перед этими громилами изящный адъютант Хань вдруг изобразил на своем женственном лице подобие понимания.
— Похороны… вот оно что.
— Ты пришел… отомстить за Старину Лю? — Адъютант прищурил свои миндалевидные глаза, глядя на разрытую могилу, и в мгновение ока во всем разобрался.
— Ты видел то, что произошло только что?
— И много ты знаешь?
— Возможно, больше, чем ты думаешь, — ответил Бай Чжоу.
— Но если ты отдашь мне ту тетрадь… — Бай Чжоу указал на черный блокнот в руках адъютанта Ханя. — …Я смогу узнать еще больше.
— Эта шутка совсем не смешная.
Адъютант Хань перестал улыбаться и спрятал блокнот за пазуху. Он поднял вторую руку, и подчиненный тут же шагнул вперед, вложив в нее серебристо-белый металлический кейс.
Как только чемодан оказался в его руках, адъютант Хань словно расслабился.
Он окинул Бай Чжоу взглядом, в котором читалось то ли сожаление, то ли оценка качества товара:
— Знаешь ли ты? — Небрежно бросил он. — Только ослепшие глаза не льют слез, только онемевшие рты не затевают ссор.
— И только не ведающее тревог сердце… не останавливается внезапно. Слишком много знаний – не всегда к добру.
— Очень жаль. Я собирался заняться твоим воспитанием, но теперь…
— Стоп! — Бай Чжоу поднял руку, прерывая речь адъютанта Ханя.
— Ты слишком много болтаешь.
Он надеялся выудить из противника какую-то информацию, но тот лишь тратил время на туманные рассуждения.
Время поджимало, и Бай Чжоу не собирался больше слушать его разглагольствования. Он взглянул на помрачневшего от такой дерзости адъютанта, затем на мускулистых громил за его спиной и медленно поднял термос.
Десять минут первого ночи.
— Время пришло, — объявил Бай Чжоу, подражая распорядителю на «свадебном пиру» в Ваньчэне, и с силой отшвырнул термос в сторону.
— Начнем же похороны!
Как только слова сорвались с губ, термос, прочертив в воздухе параболу, полетел прямо в адъютанта Ханя и его людей.
«?»
Над головами людей в костюмах синхронно возникли знаки вопроса.
Что это значит? Сигнал к атаке?
Но восемьсот воинов с топорами не выскочили из могил, чтобы изрубить адъютанта в фарш. Вместо этого раздался взрыв.
«Бум!»
Огонь взметнулся вверх, расцветая яростным шаром. Специально подобранные химикаты в сочетании с крошечным ритуалом, выгравированным на стенках термоса, породили бомбу весьма приличной мощности.
Результат долгих тренировок Бай Чжоу впервые громыхнул на базе.
— Кха-кха…
— Бай Чжоу!
Посыпались ругательства.
Здоровяков разбросало в стороны, двое ближайших к эпицентру погибли на месте. Остальные, с закопченными лицами, яростно уставились на Бай Чжоу.
— И это твоя опора? Жалкие фокусы с самодельной взрывчаткой? — Адъютант Хань, которого прикрыли собой люди, холодно смотрел на юношу. — Если это всё, на что ты способен…
Он не успел договорить. Взрыв термоса стал лишь сигналом, запустившим цепную реакцию.
«Бам, бам-бам-бам!»
Перед надгробиями, что казались вечно безмолвными, внезапно отлетели в стороны плиты. Туча острых стрел, подобно снежному вихрю, вырвалась из земли.
Никто не ожидал атаки со стороны могил, а потому и не был к ней готов.
«Фью-фью-фью…»
При ближайшем рассмотрении оказалось, что это вовсе не стрелы. Это были заточенные обломки ножек от табуреток, покрытые ржавчиной и слоем специально нанесенной нечистотной грязи.
Но пока люди успевали осознать, что это такое, железки уже перерезали им глотки.
Сколько бы ты ни качал мышцы, какую бы тактическую подготовку ни проходил, суть жизни остается крайне хрупкой вещью.
Никогда нельзя терять бдительность, никогда нельзя недооценивать врага… даже если твой противник – всего лишь одинокий вчерашний подросток.
Это была небольшая заготовка, сделанная Бай Чжоу заранее. Возможно, это был ответ тех самых безмолвных героев на недавнюю молитву адъютанта Ханя…
Дождь стрел утих. Земля была усеяна трупами.
В мгновение ока адъютант Хань остался стоять в одиночестве. Он… и этот механический монстр.
«В-в-в…»
Тихое жужжание работающих механизмов звучало на кладбище особенно неприятно.
Механический чемодан уже разложился: бесчисленное количество прецизионных деталей покрыло всю левую половину его тела.
Твердые бронепластины защищали левую часть груди, плечо и руку, механический экзоскелет охватил левую ногу. Тонкие линии текущей энергии призрачно-синим цветом пульсировали в сочленениях брони, словно кровь, время от времени издавая низкое гудение.
Перед Бай Чжоу предстала торжествующая красота технологий, воплощенная в эстетике насилия механического полутела.
— Бай Чжоу… ты превзошел мои ожидания.
Алый мерцающий механический глаз и обычный человеческий смотрели на него с болезненного лица, искаженного элегантной улыбкой.
Мощное давление навалилось на юношу. Механическое чудовище размяло огромную левую руку. Тяжелый скрежет металлических суставов и гидравлики звучал ритмично, будто адъютант Хань настраивал музыкальный инструмент.
Когда он заговорил, электронный голос прозвучал предельно ледяным:
— Но какими бы средствами ты ни обладал, та пропасть, что разделяет обычного человека и экстраординарного…
— …Для тебя непостижима!
Договорить он не успел – поднялся вихрь. Механическое чудовище атаковало.
Это не шло ни в какое сравнение с механической рукой начальника Лю, и даже «доктор» из Хэнтаньской школы мерк на его фоне.
Трудно было представить, какую мощь давало ему это механическое полутело… но из сопел за его спиной вырвалось пламя, и он в мгновение ока оказался перед Бай Чжоу, подняв тучу пыли.
Механический кулак обрушился сверху с ревом, неся в себе невообразимый вес. Словно тяжелый молот или падение горы, он должен был превратить Бай Чжоу в кровавое месиво.
— Силен!
Теперь Бай Чжоу понял, что имела в виду Ворон, говоря о «богатстве» и «силе» адъютанта Ханя. Будучи распорядителем «сделок», можно было только гадать, сколько денег он вложил в создание этого механического чемодана.
Его не стоило даже сравнивать с той жалкой рукой, которой так гордился начальник Лю. Даже тот же «доктор», экстраординарный 2-го ранга, перед адъютантом Ханем, активировавшим чемодан…
Его пресловутая «Цикада трех лет» была бы просто букашкой, которую прихлопнут одной ладонью.
Это было чистое подавление за счет характеристик – в этом и заключался смысл механического чемодана.
В самый последний момент…
Бай Чжоу уклонился, гибко прогнувшись назад. Оказавшись почти вниз головой, он в неожиданном выпаде подбросил ноги и со всей силы ударил адъютанта Ханя в челюсть.
«Пан!»
Раздался глухой звук, будто ударили по чугунной болванке. Бай Чжоу откатился назад, едва успев избежать следующего удара стального кулака.
— Что ж, это действительно был «железный кулак» в буквальном смысле.
— Решил меня пощекотать? — Адъютант Хань смеялся, но взгляд его оставался мрачным. — Тебе действительно стоило еще немного потерпеть… пока не станешь экстраординарным.
— Иначе сколько еще мне придется ждать, пока появится такой же, как ты?
— Ты не оправдал моих ожиданий, даже майор будет разочарован. Скажи… разве ты не заслуживаешь смерти?
— Отвечай! — Взревел он.
Мрачный пронзительный голос, смешанный с электронными помехами, парадоксальным образом выровнялся до звучания обычного мужского голоса.
— Пожалуй, это и есть его истинная форма.
Не желая вступать в полемику, Бай Чжоу выдохнул и медленно вытащил из-за спины…
Черную как сажа кочергу.
— Это еще что такое? — Адъютант Хань на секунду опешил.
Но в этот миг Бай Чжоу уже рванулся вперед. Замах – и удар!
Бам!!
Громовой удар обрушился на механическую руку, которую адъютант едва успел подставить для блока. Огромная сила, переданная через железный прут, оставила на механической броне отчетливую вмятину.
— Это и был его ответ.
— Экстраординарный! — Зрачки адъютанта сузились, он наконец осознал суть происходящего. — Ты так быстро… стал экстраординарным?
Бай Чжоу молчал, лишь яростно орудовал коротким жезлом.
Комментарии